Князь

— Ой, это ведь все из-за меня, все из-за меня, — схватилась за голову одна из женщин. — Что теперь будет?

— Ничего, — огрызнулась Люба. — Вниз, к наладочному щиту нужно спускаться. Загружать сюда номинальную гравитацию и тестовый режим, менять разбитый пульт. Две запасные панели должны в ЗИПе быть, они для всех отсековых пультов стандартные.

— Я просто хотела сообщить, что колдун сбежал, — продолжала оправдываться женщина. — Подошла, а он тут ножом по Любе — р-раз!

— Не ножом, а саблей! — возмутился Зверев и пошел по стене к коридору. Остановился на краю, глядя на серую стенку в трех метрах внизу, оглянулся.

 — Она подо мной не провалится?

— Метеориты выдерживает, — буркнула космонавтка.

Андрей присел на краю, спрыгнул. Секундой спустя рядом приземлилась Люба, как бы случайно отпихнула его плечом в сторону, направилась к лифту, остановилась, глядя в «потолок». Прикусила губу. Постучала пальчиками по поясной сумочке.

— Помочь? — подошел ближе князь.

— Только не надо меня лапать! — резко повернулась она.

— Делать мне больше нечего. Встанешь мне ногами на руки, я тебя подниму.

— Почему вы мне тыкаете?! Мы с вами «отвальную» не стояли.

— Прошу прощения, Люба, привычка. В мое время на «вы» как-то не разговаривали. По имени-отчеству обращались, по званию со всем уважением — но все равно на «ты».

— Как ты мог! Как ты… Ты же его чуть не убил! Прямо при всех, ни за что! — Она мотнула головой и стукнула каблуком о стену. — Чуть не зарезал!

— Как «ни за что»? — не понял Зверев. — Он меня оскорбил.

— Чем оскорбил? Подумаешь, пара слов сгоряча сорвалось! Что, из-за такого пустяка жизнь у человека отнимать?

— Безусловно, — уверенно кивнул князь.

 — Сперва ты простишь, когда тебя оскорбят. Потом — когда тебя обкрадут. Потом — когда тебя ударят. Потом — когда ограбят. Потом — когда у тебя отнимут твою женщину. Потом — когда у тебя отнимут твою свободу. Потом — когда у тебя заберут жизнь. Не хочешь стать рабом — не допускай первого шага. Тот, кто тебя оскорбил, должен или извиниться, или умереть. Или ты должен умереть, защищая свое достоинство. Иначе легко попасть на очень скользкую дорожку. Первый шаг — и ты уже не сможешь остановиться. По чуть-чуть, по чуть-чуть, шаг за шагом у тебя заберут все. А ты все будешь думать: «Ну не умирать же из-за такого пустяка».

— Но ведь это человеческие жизни, колдун! Жизни, каждая из которых неповторима! Разве может быть что-то дороже жизни?!

— Много чего, женщина. Честь. Родина. Любовь. Даже шимпанзе жертвует собой, если это нужно для спасения стаи. Безмозглая мартышка кидается на леопарда, кусает и рвет, защищая детенышей и самок. Неужели вы здесь стали дурнее обезьян?

— Мы научились ценить жизнь!

— Нет, вы научились оправдывать страх.