Князь Демидов #01-02

Даю слово, что не буду смотреть.

— Даже не верится, что через пару дней мы станем абитуриентами… Как-то быстро август пролетел. Не находишь? — Толик задумчиво посмотрел на аккуратно свёрнутые брюки.

— Был слишком богат на события.

— И не говори… Пролетел, как пуля.

— Ладно, ты собирайся. А я поговорю с Устиньей. Всё же, хочу выяснить, что там за богиня воды такая.

— Ага… удачи! — так и не отведя взгляда от брюк, ответил пацан.

Прикрыв за собой дверь, я направился в свою комнату. Судя по тембру голоса, суете и настроению, было очень похоже, что парень… малость переживал.

А может, и не малость.

Но оно и понятно. Когда ребята собирались для финальной игры сезона, Андрей по секрету рассказал мне, что очкарик на самом деле крайне самокритичный человек. А ещё, он возлагает на Университет большие надежды… Насчёт последнего я и так прекрасно знал, а вот про самокритичность… Да уж. Надеюсь, что он не будет убиваться и расходовать всю энергию на первых неделях обучения.

Просто, у людей есть такой ма-а-аленький нюанс под названием «выгорание».

То есть, присутствует глобальная цель. И человечишка искренне верит, что когда достигнет её, то жизнь сразу же станет лучше.

Он идёт, прилагая все возможные усилия, вместо того, чтобы грамотно распределить свои биологические ресурсы. В такие моменты, как правило, эмоциональный фон человека страдает. Организм не получает нужного количества эндорфинов, и в конечном итоге — начинается апатия. Или, как её любили называть местные — хандра. Сил не остается даже на то, чтобы просто продолжать жить. Вот тогда и начинается выгорание! А вслед за ним приходит депрессия. Человек теряет вкус к жизни и опускает руки. А Толику сейчас надо приложить 300% усилий, чтобы стать лучше. Не бывает, как в сказке, что по щелчку пальцев — хоп, и стал крутым. Для этого необходимо много и долго работать! Но… грамотно всё распределив по временному промежутку, чтобы не забить огромный болт на свою цель.

Зайдя в комнату, я увидел Устинью, дремлющую в облике кошки на моей кровати. Уши, словно локаторы, медленно повернулись в мою сторону. Животина открыла глаза, и спрыгнув, превратилась в человека:

— Вкусняш, наконец-то ты приш… — она резко остановилась, а её лицо тут же исказила злоба.

Устинья начала принюхиваться: — Так-так-так… А, я что-то не поняла. Почему от тебя пахнет другой кошкой? М? Крутишь шашни, с какой-то левой богиней у меня за спиной?!

— Как раз и пришёл поговорить насчёт этого. Ко мне сейчас приходила Аксинья, и…

— АКСИНЬЯ?! — богиня тут же превратилась обратно в кошку, и выгнув спину, начала на меня шипеть: — ПФХХХХ!!!

— Что за реакция?

— А ничего… — распушистилась она и начала обходить меня бочком: — У-у-у-у-у-у-у-у…

— Нет, ну серьёзно.