Князь Путивльский. Том 2
«Мелочь, казалось бы, — не просто наказал половцев за нападение, но и вернул подданным угнанный у них скот и возместил баранами потерю хлеба, — а на крестьян произвело сильное впечатление. По весне ко мне пришли столько желающих поселиться на моих землях, что их хватило на четыре новые деревни. Выделил им поля на левом берегу Сейма. Там больше степных участков, не надо вырубать лес. Дал на семью по корове, лошади и зерно на посев в кредит и помог вспахать целину. Для этого нужен тяжелый плуг, который способна тянуть только упряжка из восьми волов. У переселенцев таких не было…»
Они на всякий случай построились, хотя уже темнело и ясно было, что сражение случиться не раньше утра. В придачу небо затянуло тучами. Ночью будет слишком темно для атаки. На левом фланге у поляков был город, а на правом стояла вся их конница. Впереди заняли место рыцари-тевтоны и тамплиеры. У первых на сюрко и щитах кресты черного цвета, концы которых расширялись и напоминали основания равнобедренного треугольников, у вторых — красного и с раздвоенными концами, как хвост у ласточки.
Байдар приказал, чтобы три сотни всю ночь беспокоили противника, а остальные могут отдыхать. Шатер его остался под Вроцлавом, поэтому мы собрались у костра под навесом во дворе крестьянского дома. В дома монголы заходили только за добычей или в сильный мороз, дождь. Ели мы поджаренное на костре мясо, которое во время перехода, порезав на куски толщиной около сантиметра, отбивали под седлом. Мясо становилось мягким, а испеченное буквально таяло во рту.
— Что скажите? — обратился Байдар к нам с Одру.
У монголов считается особым шиком выиграть сражение с помощью какой-нибудь хитрости. Чтобы было, чем похвастаться. Мол, победить каждый дурак может, а вот с малыми потерями, благодаря хитрой уловке, — это дано только великим полководцам. Мне кажется, и воюют они только для того, чтобы прослыть великими полководцами.
— Можно обойти их, — предложил Одру.
— Заметят, — возразил я. — Все население за них, сразу сообщат.
— Большой крюк сделать, — не унимался Орду.
Ума у него не хватает, зато напористости через край.
— Пока ты будешь обходить, мы уже разобьем их, — остановил его Байдар и сам предложил: — Надо бы где-нибудь спрятать отряд и ударить им во фланг. Только где здесь спрячешь?!
— За дымовой завесой, — подсказал я.
— За какой завесой? — не понял Байдар.
— Распалить костры между армиями, чтобы дыма было побольше. Тогда они увидят нас только, когда мы выскочим из дыма, — объяснил я.
— И мы их тоже, — возразил в отместку Орду.
— Поставим сигнальщиков у костров, — казал я.
— И без сигнальщиков будет ясно, что их конница преследует наших застрельщиков, — поддержал меня Байдар и развил мое предложение: — А потом погонимся за оставшимися в живых и неожиданно выскочим прямо перед строем, успеем обойти их правый фланг, где стояла конница.
— Лучше пусть вместе с ними поскачут мои тяжелые всадники. Они ничем не отливаются от рыцарей, их примут за своих. Обойдут с фланга и ударят по ставке, а в это время лучники навалятся на пехоту, — предложил я.
— Научи их, пусть кричат на языке рыцарей, что они окружены, спасайтесь! — радостно хлопнув себя ладонями по бедрам, развил мою мысль Байдар. — Прикажу сейчас, чтобы приготовили костры.
— Пусть стрехи с домов поснимают, — посоветовал я.










