Книгоходцы и тайна механического бога

Глупо ведь праздновать то, что прошло месяц назад. А в этом году – удача какая! – мы с ним оказались вместе.

Соблюдая конспирацию и не подавая вида, что помню (точнее, вспомнила), я прямо с утра договорилась с Лариссой об ужине и торте. Сама заперла гостиную, которая одновременно являлась столовой, и украсила ее иллюзиями. Мишка в это время был вместе с именинником в ВШБ, и его задача была не пустить Карела в наш особняк любой ценой. Эльфёнок утром похихикал, хитро потер ладошки, сверкнул глазищами и вприпрыжку поскакал выполнять мое поручение. Так что я была спокойна, из цепких ручек юного жуликоватого дарования жертве так легко вырваться не удастся."

"Закончив с иллюзиями, я помчалась за подарками. Теперь у нас было место, где мы могли развернуться, и можно было не скромничать.

Только я успела вернуться и припрятать наши дары в столовой, как послышались голоса, и Карел позвал:

– Кира-а! Спаси меня от своего подопечного!

– Карел! Ну ты что? – тут же заголосил мелкий ужас. – Я же тебя весь день развлекал. Тебе же не было скучно? Я очень старался!

Бедный именинник застонал и ворвался в комнату.

– Сюр-при-и-из! – закричала я и хлопнула в ладоши.

Гостиная тут же засияла иллюминацией, а Карел обалдело начал переводить взор с плаката на гирлянду, на букеты цветов, на воздушные шарики под потолком. Я старалась, да!

– О-о-о! – застонал от восторга Мишка.

– Да-а-а! – протянул виновник торжества и засмеялся.

– С днем рождения, медвежутик мой дорогой! – подскочила я к любимому напарнику и расцеловала его в щеки.

– Где медвежуть?! – оживился мелкий и ушастый и звонко расхохотался. – У Киры есть медвежутик и медвежонок! Я же Мишка! Мишка косолапый…

М-да… Ну надо же было его как-то называть? Зайчик у меня уже есть – это Ривалис. Медвежуть тоже – это Карел. А Мишка стал «медвежонком».

– Карел, подарки! – вцепившись в руку подозрительно притихшего друга, я потащила его в глубь комнаты. – Тада-а-ам! Мольберт, краски, холсты, карандаши, бумага, ну и все полагающееся – это от меня. Ты же любишь рисовать! Вот, можешь на мансарде поставить.

– Спасибо, Кир… – охрип вдруг Карел и подозрительно заморгал.

– А от меня гитара! – звонко воскликнул эльфёнок. – Ты же говорил, что умеешь. Да? Я помню! Я Кире наказал, чтобы выбрала самую лучшую, эльфийскую! А мне дашь поиграть?

– Умею. Дам, – кивнул с улыбкой именинник.

– А от меня, милый мальчик, – раздался с порога комнаты голос Лариссы, – вот этот кубок. Он, конечно, не золотой и, подозреваю, даже не серебряный, но очень-очень древний. И предположить не берусь, сколько ему лет. Я его когда-то в юности купила, да так ни разу и не пользовалась.