Кочевая кровь

С кем она нынче спит и кто ее любит – зачем мне это знать? Из праздного любопытства? Давай завяжем разговор о тебе. Я про Меркушина хочу сказать. Я видел глаза людей, которые по-настоящему влюбляются в первый раз. Клянусь тебе: у нашего Лени в глазах бушевал огонь первого чувства, помноженного на возраст. Даю гарантию: если Меркушин встретит цыганку, он станет неуправляемым, как кобель, который почуял сучку в период течки.

– Держи, – я протянул Далайханову бинокль. – Смотри в центр лагеря. Около большой брезентовой палатки ходит девчонка в голубой блузке и красном платочке.

Видишь ее? Это Айгюль.

– Как ты на таком большом расстоянии разглядел ее, лица-то не видно?

– Айдар, посмотри на остальных женщин в племени – они все коротконогие, и только у одной ноги от ушей растут. Убедился? Это Айгюль. Она не люли, она приблудная у них. Она европейка. Один – ноль в нашу пользу! Если она не цыганка, то колдовать не умеет.

– Один – ноль в пользу дьявола, – парировал Далайханов. – Если Меркушин не околдован, то это первая любовь, и еще неизвестно, что лучше.

В тридцать лет поймать первое чувство… Андрей, посмотри на табор, я ничего не пойму! Цыганки стаскивают тряпки со свалки и сушат их на веревках между палаток?"

"– Сушат, проветривают, от грязи очищают. Заметь, из женщин одна Айгюль не работает – прохаживается, столбики поправляет. Поехали в отдел! Здесь больше делать нечего.

На въезде в город Далайханов задумчиво сказал:

– Я вот что подумал: если наш птенчик залетит, куда не надо, они ему быстренько перышки общиплют и в котле сварят. Прикинь, он в их законах – ни в зуб ногой, слово не так скажет, на старуху с порошком не так посмотрит – она его заколдует.

– Она не цыганка, колдовать не умеет.

– Откуда у нее огненный порошок?

– Учебник химии на свалке нашла, прочитала, как кальций с дорожной пылью смешивать, и сделала порошок.

В райотделе Горбунов сообщил нам настораживающую новость:

– Меркушин на больничный пошел. Как только вы уехали, он сгонял в поликлинику, сказался больным и теперь до пятницы будет бюллетенить.

– Чем он заболел? – еле сдерживая злость, спросил я.

– Радикулит.

– Классная болезнь! – хлопнул себя по ляжкам Далайханов. – Никаких анализов не надо. Пришел к врачу, пожаловался, что спину скрутило, разогнуться не можешь, – и отдыхай, пока не надоест. Мужики, давайте я вернусь на «Зуб дракона», посмотрю, может, он уже в таборе, помогает Айгюль тряпки развешивать?

– Никуда ехать не надо. Пока еще ничего не случилось, вот если жена начнет его искать, тогда – да, тогда…

Я прервался на полуслове, призадумался.