Кочевая кровь

К нам подошел Горбунов, молча встал рядом.

– Тело у вас болит от ударно-светового шока. Надеюсь, вы не думаете, что вас по дороге раскидало взрывной волной?

– А чем еще? – удивились мы с Горбуновым.

– От взрыва молнии у вас обоих произошло мгновенное рефлекторное сокращение всех мышц тела.

– Какое сокращение? – не понял Иван.

– Рефлекторное. Слышали, наверное, как человека ударом тока сбрасывает с табуретки? Очень распространенная история: любопытный индивидуум сует палец в цоколь для электрической лампочки и летит потом по всей комнате. В цоколе никакого взрыва не происходит.

Падение с табуретки влечет непроизвольное сокращение мышц под воздействием разряда электротока. С вами было то же самое – мышцы тела непроизвольно сократились, и вы полетели с дороги в разные стороны. Вас как зовут? – обратился Альберт Львович к Горбунову. – Давайте я вас посмотрю.

Наблюдая, как незнакомец проверяет рефлексы у Ивана, я подумал: «Этот человек не врач. Возможно, он медик по образованию, но сейчас он представляет другую организацию. Скорее всего, он из КГБ».

Закончив осматривать Горбунова, Альберт Львович повернулся ко мне.

– Андрей Николаевич, у товарища Горбунова ярко выраженное постстрессовое состояние, а у вас психический блок. Навскидку предположу, что история с шаровой молнией была вторична, а до нее вы испытали настоящий стресс. События на поляне как-то связаны с вами лично?

Запираться было бесполезно. Простодушный с виду толстячок видел меня насквозь.

– Раненый милиционер – муж моей хорошей знакомой, – ответил я.

– Настолько хорошей, – понимающе улыбнулся Альберт Львович, – что вы не знаете, как ей сообщить о его ранении? Успокойтесь.

Эту неприятную миссию мы возьмем на себя.

– Николай Павлович! – позвал он Комарова. – Я дам парням по паре таблеток, до обеда продержатся.

– Что за таблетки? – недоверчиво спросил Горбунов.

– Экстракт колы, психостимулятор и биоэнергетик. В войну такие таблетки давали полевым разведчикам для повышения выносливости. Запивать их не надо. Положите под язык, они сами рассосутся.

Иван взял таблетки, зачем-то обнюхал их.

– Они на потенцию не повлияют? – спросил он.

– Конечно, повлияют! – повеселел толстячок.

 – Это же стимулятор и энергетик: где мог один раз, легко сделаешь трижды.

– Товарищ доктор, – запротестовал Горбунов. – Это же несправедливо!

– Не называйте меня доктором! – строго осадил его Альберт Львович.

– Так все равно же несправедливо! – возмущенно замахал руками Горбунов. – Товарищ Лаптев в два раза худее меня – ему две таблетки, а я – здоровый такой, и мне – тоже две? Когда я служил в армии, мне дополнительный сахар давали и две «шайбы» масла. Мне надо четыре таблетки, никак не меньше.