Кочевая кровь

С Айгюль все понятно, если он ее до смерти забьет, ему слова поперек никто не скажет, а вот как с сыном быть? Сын же дочку испортил, он главный виновник. Словом, Айгюль и Алижон должны были принять все меры, чтобы не допустить ее замужества в этом году.

О любовной истории внучки прекрасно знала ее бабушка Зульмат. Старуха много лет готовила из Айгюль свою преемницу, она пыталась научить ее управлять избыточной энергией, но все никак не получалось. Чтобы поддерживать Айгюль в состоянии постоянного переизбытка энергии, старушка пичкала ее биологическими психостимуляторами.

Под воздействием порошка из грибов у Айгюль действительно стали появляться способности воздействовать на людей со слабой биоэнергетической устойчивостью. Пример тому – наш спортсмен. Зульмат на него никак не воздействовала. Айгюль самостоятельно психологически сломила его. Для Зульмат даже удачное замужество Айгюль – это потеря способной помощницы. Внучка уйдет жить в другое племя, и все труды старушки пропадут даром. Залог сытой обеспеченной старости для Зульмат – это не ее вечно пьяный сын, а Айгюль, которая останется в семье отца навсегда. Зульмат, без сомнения, любит внучку, она не может ее бросить в трудную минуту. Если кем-то в семье надо пожертвовать, то, с точки зрения Зульмат, этой жертвой должен стать сын, который держит ее на положении бесправной прислуги.

– Барон плохо относился к своей матери? – уточнил Комаров."

"– Он чтил традиции, – ответил я. – Согласно иерархическим законам маагутов, едят они так: вначале из котла достают пищу глава семьи и старшие сыновья, потом жена и старшие, работоспособные дочери, потом самые младшие дети и неработающие старики.

У Зульмат с возрастом способность добывать деньги с помощью избыточной энергии стала иссякать. Она уже не могла подойти на улице к первому встречному и заставить его вынести ей всю получку. Удел старой и больной Зульмат – присмотр за порядком в доме и уход за маленькими детьми.

– Так, – Комаров, привлекая внимание, прихлопнул ладонью по столу, – сейчас вы мне про эту Зульмат кое-что расскажите. Прибегает ко мне на днях Евгений Яковлевич из управления кадров. Глаза по пятьдесят копеек, сам весь взъерошенный, как воробей после дождя.

Забежал в кабинет и с порога кричит: «Это правда, что у вас старуха по стойбищу летала? Если правда, то надо в Москву спецсообщение писать». Я говорю: «Ты у Малышева спроси, он рядом со старухой стоял». Кто из вас придумал, что Зульмат над табором летала, как Баба-яга в ступе?

Малышев, не вставая, поднял руку.

– Николай Павлович, я так не говорил. Я сказал Евгению Яковлевичу, что старуха хотела взлететь, но мы ей не дали.

– В другой раз более корректные выражения выбирайте, – посоветовал Комаров.