Кочевая кровь

Ни разу толком с тобой не поговорив, я наделила тебя всеми мыслимыми добродетелями на свете. Ты был моим принцем на белом коне, ты был моим сказочным героем, моим единственным на всю жизнь возлюбленным. Я как-то сидела дома и плакала от того, что никогда не смогу подойти к тебе и признаться в своих чувствах. Если бы не Марина, женихом которой ты числился, я бы наплевала на все предрассудки и сделала бы шаг первой, но Марина – она же не чужая мне, она сестра моя, родная сестра, единственная.

– Сдвинула бы Марину в сторону, кто тебе не давал, – скептически заметил я.

– Андрей, не перебивай меня! Имей терпение, дай мне высказаться.

Так вот, сижу я, роняю горькие слезы на подол. Подходит отец и говорит: «Дуреха, никуда он от тебя не денется! Время и расстояние не дадут ему шансов создать семью с Мариной. Потерпи немного, и Андрей сам обратит на тебя внимание». Потом ты вытащил отца из тюрьмы, потом мы копали картошку. Скажи, отец ведь тебе открытым текстом сказал, чтобы ты расстался с Мариной и женился на мне?

– Ничего подобного! – возразил я. – Во-первых, этот разговор завел я, и не с твоим отцом, а с братом, с Петром.

Дело было так…

– Андрюша, какая разница, как было дело! Тебе предложили, ты – не отказался. Там, на картофельном поле, ты из мифического сказочного героя превратился для меня в осязаемого человека, которого я люблю. Временно ты был с Мариной, мне оставалось только подождать до ее отъезда и брать быка за рога. Если абстрагироваться от условностей и от Марины, то для меня ты был суженым, которого забрали в армию. Пройдет срок, ты вернешься в родной поселок, и мы поженимся. Я же видела по тебе, что ты все правильно понял. Это Марина, хотя она и старше меня и опытней, в облаках витала.

Она ведь искренне считала, что мы с тобой будем встречаться всю зиму, а весной я безропотно верну тебя назад. Я так не считала. Я знала, что если сойдусь с тобой, то никуда тебя из своих рук не выпущу. И вот настал день, когда мы стали близки, и все получилось совсем не так, как я ожидала. Я ждала от первой ночи любви чего-то сказочного, возвышенного, а получилось… Все получилось, как получилось. Была у меня мечта, да вся вышла. Нельзя в бараке вместо грязных стен видеть хрустальные залы.

– Наташа, если бы ты сказала в тот вечер, что это у тебя в первый раз, я бы, клянусь тебе, вел себя по-другому.

– Ха-ха! – усмехнулась она. – Какой легендарный соблазнитель девственниц был моим первым мужчиной! Что бы ты сделал, если я ждала сказки, а ее в принципе быть не могло? Не изображай из себя толстокожего носорога. Не веди себя так, как вел себя утром, когда нашел пятно на простыне. Что ты мне тогда сказал, помнишь?

– Помню, – начиная потихоньку раздражаться, ответил я. – Я сказал: «Если хочешь, давай поженимся».