Кодекс Крови. Книга IV (СИ)

Перед этим я честно предупредил Свету и Тэймэй, что собираюсь бессовестно отсыпаться после двухсуточного марафона без сна. Девушки клятвенно пообещали разбудить меня на подлёте к Тобольску и ушли изучать дирижабль. Я невольно отметил, что за ними на некотором отдалении последовало трое кровников, негласно заступив в охранение. С чувством глубокого удовлетворения я завалился спать.

* * *Кирана торопилась. Матери становилось всё хуже. Она слабела просто на глазах. Постоянная подпитка мясом змея давала временный результат, как будто что-то или кто-то высасывал из старой охотницы все жизненные силы.

Горячее питьё быстро закончилось, и Киране пришлось сделать остановку, чтобы приготовить матери отвар из растопленного льда и полезных трав. На плоской как блюдце равнине, пронизываемой ветрами со всех сторон, едва удалось найти небольшой валун, чтобы спрятаться за ним. Девушка боялась признаться себе, что тихо впадает в панику. Каждое её чёткое движение было противоположностью тому хаосу, что творился в её душе."

"Дав команду собакам греть теплом своих тел Нарву, Кирана принялась договариваться с собственной магией.

Ей сейчас позарез нужен был огонь, но своевольная стихия не отзывалась по первому щелчку пальцев. Девушка просила, приказывала, умоляла, обещала, но всё без толку. Тогда она призвала холод с изморозью, чтобы спровоцировать огненную магию. Оказалось, что сконцентрировать холод на одной руке, а не на всём теле — не самая лёгкая задача. Попытки с десятой у неё вышло. На правой руке сперва появилась изморозь, затем она стала утолщаться и превращаться в сплошную ажурную перчатку. В груди растекалось странное тепло, но, заставляя перчатку уплотниться до ледяной корочки, девушка ощущала самую настоящую боль. Будто бы мороз прорастал сквозь кожу толстыми сосульками-шипами наружу. Закусив губу, чтобы не застонать от боли, Кирана наращивала лёд на руке, ей нужно было спровоцировать огонь, но лишь в одном месте.

Сантиметр за сантиметром ледяная корка росла, когда её толщина достигла десяти сантиметров, Кирана не сдержалась и закричала. Вой зарождающейся метели подхватил крик и разнёс по ледяной пустыне.

Арва навострила уши, опасливо озираясь по сторонам, но охотнице было не до того. Боль разрывала руку, крошила кости и танцевала свой танец на омертвевшей коже. Когда терпеть уже более не было мочи, магия огня пришла. Кирана сквозь замерзающие на щеках слёзы смотрела, как её рука пылает факелом. Лёд неохотно таял под напором пламени, когда девушка поставила на ладонь котелок с травами для приготовления отвара. Оставалось только молиться всем богам, чтобы огня хватило для кипячения.