Кодекс Крови. Книга IV (СИ)

Людям свойственно меняться, предавать и ранить даже самых родных и близких ради статуса, денег, привилегий и достижения желаемого. Оставалось верить, что возможный брак со мной не стал клином, вбитым между Марией и Светланой.

Дверь спальни распахнулась. В комнату вбежали Подорожников с моими дамами.

— Я нашла! — вскинулась Света, — не знаю только, можно вынимать или нельзя.

— Погодите, — Тэймэй подняла ладошку вверх, призывая всех замолчать. — Дайте пару минут!

По сути, каждый из нас видел собственную картину болезни, и требовалось время, чтобы их сопоставить и выработать общий алгоритм лечения.

Мы все замерли, стараясь не мешать иллюзионистке. Та с закрытыми глазами водила над телом лжепринцессы руками, не прикасаясь к ней. Под её пальчиками появлялись и пропадали красные точки, иногда слышался едва заметный звон, словно азиатка играла на струнном инструменте. Мелодия выходила заунывной и печальной.

— Есть! — победно улыбнулась Тэймэй. — Я сейчас визуализирую энергетическую структуру иллюзии, где багровым будут отмечены точки, на которые она запитана. Когда Света достанет из тела активатор, я смогу снять иллюзию, но у девушки, скорее всего, откажет несколько органов сразу.

Вам, — она указала на Подорожникова, — нужно успеть их спасти.

Мы с Агафьей стояли в качестве безучастных статистов, наблюдая за совместной операцией столь разноплановых магов. Было несколько непривычно оказаться не среди главных действующих лиц, но привычка не мешать работать профессионалам несколько приземляла.

— Медведева не видели по дороге? — уточнил по кровной связи у вампирши, не решаясь говорить вслух, чтобы не мешать товарищам.

— Видели, — подтвердила Агафья, — он тоже привёз кого-то в смирительной рубашке. Император приказал никому не подходить близко, пока ты не проверишь личность принцессы."

"Тем временем, посовещавшись и обсудив детали, Подорожниковы и Тэймэй приступили к операции. Света осторожно вынула десятисантиметровую иглу из места, которое ни я, ни Борис Сергеевич вряд ли полезли бы проверять. Правила приличия не позволили бы. Над телом девушки тут же засверкала серебристой паутиной личина принцессы, а под ней багровыми вспышками полыхали очаги поражения.

Самые крупные на печени, лёгких и сердце, ещё с десяток поменьше разместились на других органах.

Паутина медленно поднималась над телом, а комната наполнилась звоном рвавшихся паутинок между жертвой и иллюзией. Руки Тэймэй дрожали, подавляя сопротивление чужой магии, но она уверенно выполняла свою часть операции. Подорожниковы же принялись в четыре руки вливать в тело лжепринцессы целительскую магию, постепенно заполняя бреши в поражённых органах.