Кодекс Охотника #03

Давай, самурай хренов, пошли на площадку, — кивнул я.

— Я бы с радостью научил тебя манерам, гайдзин. Но тебе ведь нечего поставить.

— В смысле? — остановился я и повернулся к нему.

— В прямом. Ты же нищеброд! — издевался надо мной японский аристократ. — Неужели ты думаешь, что этого дерьма будет достаточно? — он кивнул на мой короткий меч, что я забрал у бандита.

Чудесную «заемную» катану я сразу после Разлома вернул Накамуро. Он принял оружие у меня из рук с лёгкой улыбкой на губах, а затем поблагодарил почему–то.

— Где твоё родовое оружие… аристократ? — последнее слово он выделил издевательской интонацией.

— У меня его нет, — спокойно пожал я плечами.

Вокруг раздался дружный смех.

— Я же говорю — нищеброд! — веселился Минамото, торжествующе оглядывая своих прихлебателей.

— То есть, ты зассал? — спокойно сказал я.

Лицо японца налилось красным. Он открыл рот что–то ответить, но тут вмешался преподаватель–судья, который стоял рядом и слушал.

— Со всем уважением, барон Галактионов, но господин Минамото просто не сможет участвовать в дуэли. Правила и традиции не позволяют.

— Ну да, — усмехнулся я, — традиции. Куда уж без них.

— Я с удовольствием отвечу на твой призыв вне рамок этой дуэли за оскорбление моей чести, — нашёлся красный, как рак Минамото.

Ну, такой вариант меня не устраивал. Мне нужно вернуть оружие Марии.

— Моя кошка в качестве ставки по дуэли подойдёт? — положил я руку на большую голову Карамельки.

Та покосилась на меня из–под пальцев, и у меня в голове возникло:

«Ты дурак?».

— Спокойно, так надо, — прошептал я.

Кошка фыркнула, и снова мысленно поинтересовалась:

«Можно я сожру этого наглеца, если ты проиграешь?»

— Ни в чём себе не отказывай, — также тихо прошептал я.

Вокруг царило молчание. Японец о чём–то думал.

Тут к нему подошёл сперва один его товарищ, потом какая–то узкоглазая подружка, и что–то зашептали ему на ухо. Кажется, они были больше осведомлены о ценниках на моего питомца.

— Я согласен, — кивнул Минамото. — Это достойная ставка. Я с удовольствием заберу единственную ценную вещь, что у тебя есть.

«Вещь?!» — послышалось у меня в голове яростное шипение. — «А можно я его сожру, даже если ты выиграешь?».

Я не ответил, просто потрепал Карамельку по стоящей дыбом холке, и молча направился в сторону арены. По пути меня перехватила встревоженная Мария.

— Саша, что ты творишь?

— Спокойно, я знаю, что делаю, — улыбнулся я.

— Не нужно этого делать!

В глазах Марии плескался натуральный ужас.

— Расслабься. Лучше наблюдай за представлением и получай удовольствие, — я широко улыбнулся, и слегка сжал плечо девушки. — Привыкай мне верить, дорогая.

Щёки Марии вспыхнули. Она покосилась на мою руку.