Кодекс Охотника #08

Обзавёдшись по приезду, в сорок пять, тремя молодыми жёнами, он заслуженно занял место старосты деревни, и в его обязанности, в основном, входила коммуникация со сборщиками налогов Рода, на чьей земле находилась деревенька. Ну, и естественно, организация жизни и быта односельчан.

Связь в деревне была, но хреновая, поэтому начало расширение Эпицентра, до границы которого у них было четыре километра, они проворонили.

Рано поутру, услышав крики и вопли, Сан Саныч выглянул в окно и увидел, что по просёлочной дороге едет военный джип армейцев. Дорога проходила через Чертыховку, и все смены вояки к КПП на Периметре проезжали через их деревню.

К воякам привыкли. Они с удовольствием иногда останавливались здесь, ели и отдыхали, что приносило селянам дополнительный доход. Вот только в этот раз было явно что-то не так. У заднего колеса машины отсутствовал скат. Железный уже помятый диск искрил, натыкаясь на камни. Машину швыряло из стороны в сторону, доехав до околицы, она уткнулась в плетень и заглохла.

Сан Саныч, сразу почувствовав неладное, схватил штурмовую винтовку, что оставила ему Империя при отправке на пенсию, кликнул двух здоровых племянников, и бросился к машине. Странное дело — племянникам было по тридцать с лишним лет, притом, что они были сыновьями его младших братьев. Он же в свои сорок девять имел только пятерых маленьких ребятишек, старшему из которых было четыре годика. Но зато никто не упрекнет его в том, что он не отдал долг Родине.

Подскочив к внедорожнику, он рывком открыл дверь, а ему буквально на руки вывалился израненный боец.

— Расширение Эпицентра, сюда идут твари! Связь не работает, нужно доложить руководству, — сказал боец, и тут же умер.

Присмотревшись, Сан Саныч увидел, что тело у него располосовано, и он умер от потери крови.

— Что смотрите? — повернулся он к племяшам. — Хватайте оружие! Снимай бронежилет, каску, и надевай на себя! Что ты, как девица красная?! Подумаешь, кровь! Это может позже спасти тебе жизнь!

Он повернулся к младшей племяннице, которой было всего двенадцать лет, оказавшейся здесь из любопытства.

— Нюрка, беги в деревню и звони в колокол. Пускай мужики берут оружие!

С того момента прошло почти четыре часа. У Сан Саныча стало на полтора племянника меньше. Одного из них задрала тварь, а второму оторвала ноги. Он был всё ещё жив, но находился без сознания.

И Сан Саныча удивили женщины деревни, что выхватили оружие из рук павших мужей и братьев, и тоже встали на оборону дома. Хотя это как раз неудивительно — в Сибири все умели обращаться с оружием. Только этого было недостаточно.

— Нюрка! Твою мать, патроны! — повысил голос Сан Саныч.

Его двенадцатилетняя племяшка тут же принесла ему снаряжённый магазин.

— Дядька, это последний, — жалостливо посмотрела она на него.