Когда боги смеются

То есть Шарапов как-то раздвоился в ее сне, одна его часть, видимая, была Филипом Нуаре и сидела за столом, а другая часть, невидимая, была Настей и должна была немедленно принять решение: что же такое сыграть, что должно убедить Карпа Горбатого в том, что Нуаре-Шарапов действительно старая усталая черепаха, а не молодая резвая ящерица. Откуда-то из глубины сознания выплывает информация о том, что если играть увертюру из ""Силы судьбы"" Верди, то это как будто получится черепаха, а если увертюру из ""Сицилийской вечери"" - то ящерица. Настя пытается вспомнить ""Силу судьбы"", она же хорошо знает эту оперу, но в голову назойливо лезет именно ""Сицилийская вечеря"", перебивая все остальное и не давая вспомнить нужную мелодию.

""Ну что задумался, мусорок, язвительно произносит Горбатый. - Не знаешь, чего играть-то. Не черепаха ты, а ящерица. Мент, стало быть. Ты не бойся, мы тебя не больно убьем. Но убьем, это ты не сомневайся"". Шарапов-Нуаре с ужасом смотрит на Шарапова-Настю, и Настя понимает, что обязана немедленно что-то решить, иначе Шарапова-Нуаре убьют, а может быть, и ее вместе с ним. Она кладет руки на клавиатуру и начинает играть ""Утешение"" Листа. ""Ты что играешь? - презрительно говорит Горбатый. - Листа и я смогу сыграть, невелика премудрость. Ты мне про черепаху сыграй"". И тут Настю осеняет. Она улыбается и начинает петь, аккомпанируя себе, песенку из старого мультфильма про львенка и черепаху. ""Вот, Горбатый, - произносит Шарапов-Нуаре, - ты хотел про черепаху. Убедился теперь?""

Настя не успела узнать, как отреагировал Карп Горбатый на ее выходку, потому что ее разбудил телефонный звонок."

"- Это я, - послышался ровный, лишенный эмоций голос Игоря Лесникова.

Ничего не вышло, Настя.

- Совсем ничего? - зачем-то переспросила она, хотя и без того все было ясно.

- Совсем ничего. Женя никого не опознала.

- Понятно, - вздохнула она. - Спасибо, Игорь. Я часам к трем появлюсь. Позвони, пожалуйста, Чеботаеву и Сереже Зарубину, пусть приходят к четырем. И Мишу предупреди.

Она снова опустила голову на полушку и закрыла глаза, вспоминая такой странный сон. ""Ловко я выкрутилась, - думала Настя. - Не могла вспомнить увертюру Верди, так вместо нес Листа подсунула. Интересно мозги устроены все-таки, думаладумала, выбирала между двумя произведениями, а сыграла вообще какое-то третье, о котором и не думала.

Я, кстати, даже и не подозревала, что помню эту пьесу - ""Утешение"".

Она еще немного полежала, потом встала и побрела в душ. Надо ехать на работу. Когда по городу разгуливает сумасшедший убийца, кого интересуют твои бессонные ночи, твоя голодная боль и твоя усталость?

Горячей воды по-прежнему не было, но сейчас холодный душ оказался весьма кстати - он немного взбодрил ее, а после чашки кофе жизнь стала казаться не такой мрачной.