Когда даже ангелы посылают

Кир отчетливо запомнил, как пошел как-то готовить кофе после секса - оделся и отправился в кухонную зону. И оттуда наблюдал тайком.

Катя так и лежала, обнаженная и освещенная лучами вечернего солнца. Великолепная в своей наготе. В голову упорно лезло только одно слово - валькирия. Хотя судя по исследованиям скандинавского эпоса, валькирии были те еще гром-бабы. Катя бабой не была, и уже тем более с приставкой «гром».

Тонкая, юная, изящная. Бесконечные ноги и плавные линии бедер. Плоский живот и небольшая упругая дерзкая грудь. Копна золотых волос до средины спины и полное отсутствие волос на теле.

Она была язычески прекрасна, раскинувшаяся на его постели. И не смотреть на нее он не мог. Хотя и пытался.

- У тебя разовьется косоглазие, - протянула Катя. - Если ты будешь так смотреть искоса. Нравится - смотри прямо. Мне не жалко.

Кир усмехнулся. Еще одно качество, которое его в Кате изумляло - и восхищало! - это прямота. Редкое качество для девушек, скажем честно. Но именно поэтому ему было с ней невероятно, фантастически легко.

- Твой кофе, - он присел на край кровати, полностью одетый. Катя тоже села, полностью обнаженная, и забрала чашку. Сделала глоток и блаженно зажмурилась.

- Умеешь ты варить кофе.

Он не ответил. Просто смотрел.

- Нравлюсь?

- Да, - пауза. - Очень, - выдох. - Безумно. Допивай быстрее.

Она не торопится - кофе горячий. Больше половины остается в чашке остывать. Его уже потом, совсем поздним вечером, в одиночестве допьет Кир.

*

Желание - поставить эксперимент, внести ясность, ответить на вопросы - в общем, как бы оно ни называлось, это желание, Катя не стала откладывать в долгий ящик. Не время тянуть время. Не так уж у нее его и много, времени этого. Через сколько недель ее фигура начнет меняться? Изменится гормональный фон? Катя ясно отдавала себе отчет, что через два-три месяца она может сильно измениться. А через пять-шесть - неузнаваемо. И ей уже будет не до интима. Скорее всего. Значит, все надо выяснять сейчас. Что именно выяснять, она не очень хорошо себе представляла. Но начать следует с орального секса. А то чего это они мимо него все проходят и проходят?..

- Катя, я сам... - низкий, подхрипший уже голос, и пальцы привычно пытаются взять контроль над ремнем. Ну уж дудки.

- Нет, я сама.

Он позволил расстегнуть ширинку, но не более.

- Катюша... - длинные пальцы скользят по спине. Он знает, как это на нее действует, и пользуется беззастенчиво. - Сейчас, я сам...

С господином дипломатом хорошо действует метод шоковой терапии.

- Чего ты боишься? - она прижалась губами к его шее, не убирая руки с развала замка, слегка поглаживая. Киру пришлось тяжело сглотнуть.

- Ничего я не боюсь!

- Ты стесняешься, что ли?

- Глупости! - он стал говорить громче. Значит, правда рядом. Катя оторвалась от его шеи и посмотрела в глаза.