\

— Чей это дедушка? — фокусник обратился к залу.

— Это не мой, — встал Семен, — Но со мной. Но мы с ним не родственники. А вот с ним — родственники. Но это не дедушка. Он мой брат.

Народ, сидевший рядом, с интересом слушал Сеньку и смотрел на Андрюху. Такие сложные семейные истории всегда нравятся людям.

Фокусник предложил забрать деда Мотю, потому что начал нервничать еще сильнее. Очевидно, фокус мог накрыться медным тазом.

Андрюха, который уже мысленно представлял, что ждет его по возвращению домой, тоже нервничал. Мало того, люстры нет, так еще есть ондатровая шапка и дед по частям.

Вернее деда по частям пока еще нет. Но скоро, похоже, будет. Братец понял, что-то надо делать. Он встал и полез через ограждение, запутался ногами, упал на арену. Народ решил, будто это часть представления и засмеялся. Весело же. Клоуны, наверное.

— Идём на место. — Переросток попытался забрать деда.

— Я никуда не пойду, пока меня не распилят! — заявил Матвей Егорыч погромче, чтобы всем была понятна серьёзность его намерений.

К этому моменту на сцену уже спустилась девушка-доброволец и тоже присоединилась к акции выпроваживания деда с арены.

Время не резиновое и им надо продолжать представление.

— Дедуль, вы сейчас идите на место, а когда выйдут клоуны, они обязательно Вас вызовут сюда, раз уж так хочется. — Пыталась она уговорить Матвея Егорыча. Наивная.

— Вот сами к клоунам и вызывайтесь, — отрезал дед. — А я буду сейчас в фокусе участвовать. Я всё-таки первый вышел.

Публика одобрительно загудела и зааплодировала Матвею Егорычу. Он поклонился благодарным зрителям, а потом мстительно посмотрел на факира. Мол, и как ты теперь меня выпроводишь? Вот такой был у деда взгляд.

Факип пожал плечами и, в свою очередь, посмотрел на Андрюху. Андрюха посмотрел обратно на деда , зло буравя взглядом. Круг сомкнулся. Все снова вернулось к Матвею Егорычу."

"— Или мы сейчас идём на место, или совсем уходим отсюда, — Выдвинул братец свой ультиматум. — А потом я еще Зинаиде Стефановне расскажу, где Вы прячете самогон.

Это был последний козырь, припрятанный Андрюхой на всякий случай. Вот сейчас, судя по всему, случай наступил.

— Пилите, — обратился Матвей Егорыч к факиру и облокотился на волшебный ящик. — А с тобой, бусурманин, я вообще не разговариваю.

Народ опять зааплодировал и засвистел. Это придало ещё больше сил и уверенности Матвею Егорычу.

— Надо что-то делать, — тихо обратилась девушка к фокуснику. — Не силой же его уводить.

— Что я сделаю? — возмущался чародей из Стамбула. — Не буду же я его в ящик класть и распиливать. Там женские ноги будут, с другой стороны.

— Ну, придумай что-нибудь.— Настаивала девушка. Ей, похоже, платили сдельно. За каждый факт распиливания. Иначе, чего так переживать.

В этот момент на арену выскочили клоуны.