\

Да и не стала бы она растить пацана без отца, будь этим отцом кто-нибудь другой. На хрена? Смысл прятать сына? Вышла бы замуж, все дела. Семья — полная чаша, как положено. Тем более, сейчас еще такое время, что на подобные вещи смотрят, словно на позор. Бред, конечно. Но это с моей точки зрения. У нас этих молодых матерей, конь не валялся. А тут мыслят иначе. Особенно в деревне. В принципе, если допустить, что Наташка все же могла с кем-то замутить, назло Жорику, то кандидатур не особо много. Только Федька. Он бы просто не дал ей кружиться ни с кем другим.

— Жорик…Жорик, еп твою налево! Что ж творится?! — Андрюха бестолково суетился рядом, не соображая, как лучше поступить.

С одной стороны, ему явно хотелось догнать тех, кто к нам подходил, чтоб, как минимум оторвать голову, а как максимум, сдать ментам. Так-то они человека покалечили. С другой стороны, Переросток понимал, он не может меня бросить. Вообще никак. Я, если что, истекаю кровью. Рубашка в месте, куда пришелся удар, сильно намокла. Так понимаю, это была кровь. Рассмотреть не было возможности.

К тому же, я вообще-то распластался на земле, не имея сил встать.

Не сказать, чтоб сильно рвался, конечно. Когда земля ушла из-под ног, меня сразу качнуло и я упал. Теперь голова гудела, кружилась и почему-то слегка подташнивало. Но это, думаю, от нервов. Не каждый день я сначала узнаю про сына, а потом получаю заточкой в бочину.

В любом случае, встать на ноги никак не получалось. Андрюха на колени плюхнулся рядом, рванул рубашку. Мою, естественно. Свою-то ему зачем рвать. Пуговицы разлетелись в стороны.

— Сука…– Выругался братец.

Судя по его бледному лицу и сжатым зубам, рана не ахтец.

К тому же, она — колющая. Хрен его знает, вдруг зацепили внутренние органы. Теоретически, не должны, не так глубоко получилось засадить лезвие, но с другой стороны, я не врач. Определить не могу. А общее состояние у меня сейчас просто хреновое. Может из-за того, что кровища вытекает. А может, уже что-нибудь отказало.

— Что там? — я попытался приподнять голову, но не вышло.

Братец тут же осторожно подтянул меня к лавочке и усадил так, что спиной я теперь облокачивался о ее толстую ногу, сделанную из пенька.

— Херово там, Жорик. Так.

Сиди, не дёргайся.

Переросток стянул теперь рубашку с себя, затем снял майку, которая обнаружилась под этой рубашкой, с громким треском дернул ее в разные стороны. Это хорошо, что он не изменяет своей деревенской привычке под рубаху или футболку надевать эти дебильные майки, над которыми я всегда смеялся.

— Не ссы, она чистая. Купался перед выходом. — Заявил Андрюха, а потом свернул оторванный кусок и прижал его к месту, где была рана. — Черт…Самогон нужен. Спирт. На худой случай, любой алкоголь. Хотя бы водка.