\

Мимо моей палаты, дверь в которую была приоткрыта, пробежали две медсестры. Потом врач.

Отец вскочил со стула, в два шага оказался рядом с дверью, высунул голову в коридор, оценил обстановку, а затем вернулся обратно.

— Ну, надо же… Похоже и этот мудак очнулся.

— Игорь! — Тут же вскинулась мать, которая пристроилась на краешек кровати и постоянно пыталась подоткнуть мне одеяло. На хрена? Не понятно. И так жарко. — Как ты можешь. В такой момент…

— В какой в такой? Тебе врач ещё утром сказал, все будет хорошо. — Отрезал отец.

— Правда? В тот раз тоже говорили, что все будет хорошо, а получилось ни черта не хорошо. — Мать снова потянулась платочком к глазам.

Я слушал, как родители переругивается между собой, в полуха. Потому что в моей башке творилось черт знает что.

В первую очередь, крутились последние воспоминания, которые имелись. Естественно, вовсе не о драке с Мажором. С дракой все ясно. Ну, или почти ясно.

Я вспоминал, что произошло в квартире Милославских. Пытался заодно понять, а что же именно, твою мать, там произошло? Херня какая-то, это ясно. Но какая блин херня? Конкретно. И почему все закончилось именно сейчас?

Главное, мне до последнего казалось, что все в итоге будет хорошо. И когда в метро ехал, и когда к дому торопился. И даже когда мне встретились Матвей Егорыч с Андрюхой. Они, кстати, тоже бежали на всех парах. Дед Мотя сказал, предчувствие у него плохое. Мол, их Тоня ни с того ни с сего отправила с Семеном в кинотеатр. Они до конца фильма не досидели, когда Матвея Егорыча вдруг «прострелило». Семена оставили смотреть фильм, а сами рванули домой.

— Ты понимаешь, Стас, было у меня уже такое. Когда я один на группу фашистов вышел. Вот точно так же свербило. Да быстрее ты ногами шевели! Вымахал оглобля-оглоблей, а толку никакого.

Естественно, последняя фраза предназначалась Андрюхе, который, что удивительно, за Матвеем Егорычем реально не успевал. Дед несся вперед, как угорелый.

— Чую беда какая-то. — Повторял Матвей Егорыч одно и то же.

Когда входную дверь нам никто не открыл, хотя Тоня по идее должна была находиться дома, дед просто впал в истерику. Велел выбить замок.

Ну, а потом оказалось, чуйка его не подвела.

Впрочем, меня, наверное, тоже. Когда ехал к дому Милославских, постоянно думал, кто? Кто помог настоящему Жорику? Он не мог сам догадаться про Мажора. Не мог сам придумать какой-то очень хреновый план. А план реально был хреновый. То, что Милославский решил поменяться местами с Денисом, я уже практически не сомневался. Зато очень сомневался в здравом разуме настоящего Жорика. С хрена ли он решил, будто все сработает? Это же авантюра чистой воды.