\

Джентльмен… Букет собирал… Это же надо было додуматься…

Наташка, недоумевая, покачала головой, а потом быстро пошла к машине. Я, естественно, рванул следом. Конечно, тот факт, что бычара снова на привязи, успокаивал, но, если честно, хотелось смыться от него, как можно дальше.

Едва только уселись в машину, я сразу завел ее и стартанул с места. Насколько это слово, конечно, применимо к «Волге».

— Жорик… — Наташка обернулась ко мне, закинув локоть на изголовье сиденья. — Вот объясни мне. Как ты умудряешься попадать во все эти ситуации. Просто объясни. Зачем ты поперся рвать эти цветы?

— Сказал же, хотел сделать тебе приятно.

— Чем?! Я живу в деревне! Ты хотел удивить меня ромашками и васильками? Твои городские фифы может быть оценили бы столь неожиданный сюрприз. По мне это — жратва для скотины.

И вот после ее слов мне реально стало обидно. Какая же всё-таки сука, эта Наташка. Разве дело в том, кто и как относится к цветам? Я раз в жизни решил реально, типа, поухаживать за девкой. Не просто «проходи, ложись, здравствуй», как было всегда, а, можно сказать, по-человечески. И что? Сам же идиотом и выгляжу. Да на хрен пошла, в конце концов.

Вернусь из этой чудной поездки, пойду к Лидочке в гости. Нормальная телка. Адекватная. Без всяких вот этих дебильных понтов. Ах, я не такая… Все «такие». Просто кое-кто слишком до хрена из себя строит.

Я не стал больше ничего Наташке объяснять. Просто молча пялился на дорогу, надеясь уже побыстрее оказаться в Воробьевке.

Наташка, правда, теперь наоборот не замолкала. Сначала объясняла мне специфику поведения быка в стрессовой ситуации вообще, и конкретно этого, сидоровского, в частности. Мол, он бы меня вообще не тронул, потому что от природы характер имеет спокойный, уравновешенный.

Но когда я его разозлил, он среагировал определенным образом. Короче, сам во всем виноват. Хорошо. Пусть так. Спорить не стал. Хотя мысленно снова подумал о том, что все, все без исключения в чертовых Зеленухах двинутые на голову. Куры, козы, быки, гуси, люди. Все. Надо сейчас правильно оценить ситуацию с бывшим товарищем председателя, и если она, эта ситуация, более выгодная, то мутить матч так, как мне удобно, потом быстрее запускать производство и валить. Валить подальше от этого места. Пока сам умом тут не тронулся.

Глава 24

До Воробьевки мы добрались, в принципе, быстро. Как и говорил председатель. Причем, всю оставшуюся дорогу я молчал, разглядывая исключительно лобовое стекло автомобиля перед собой. Зато Наташку наоборот со страшной силой пёрло на разговоры. Она трепалась без перерыва. Сначала расспрашивала меня о чем-то, типа, детство, школа и всякая подобная лабуда, но в ответ получала сухое «да» или «нет». Это не было обраткой. Типа, на зло. На самом деле отсутствовало желание разговаривать.