\

 — Глава сельсовета снял пиджак, который висел на спинке его стула и протянул, предлагая воспользоваться.

Конечно, смотрелась вещь на мне такое себе, но хоть что-то. Рукава пиджака были слишком длинные, поэтому пришлось их подвернуть.

Дмитрий Алексеевич махнул рукой, приглашая следовать за ним. Мы спустились на первый этаж, но вышли не в ту дверь, которой изначально воспользовался я. Пересекли коридор, где по-прежнему отирались тетки. Они при нашем с Дмитрием Алексеевичем появлении снова захихикали. И что за манера у деревенских баб на все реагировать тупым смехом? В конце здания имелся ещё один выход.

С его помощью мы оказались сразу на улице. Рядом с сельсоветом, а точнее за ним, находилось вполне себе приличное футбольное поле. На кой черт Николаич настоял проводить матч в Зеленухах, не понимаю. Хотя, нет. Наверное, понимаю. Очень уж хочется председателю утереть нос своему врагу. Кстати, по поводу врага.

— А что у вас с Николаем Николаевичем какое-то недопонимание?

— Недопонимание? — Глава сельсовета удивлённо посмотрел на меня, а потом сообразил. — Да … ты же не местный. Извини, запамятовал.

Черт.

Этот мужик нравился мне все больше и больше. Во-первых, нормально разговаривал. Вполне приличным, адекватным языком. Культурно даже. Но главное, в его речи отсутствовали слова «придурок», «осел», «городской кретин». За эту маленькую деталь я уже готов был иметь с ним общие дела. Во-вторых, Дмитрий Алексеевич вполне понимал, что приезжий человек не может знать априори все тонкости их деревенской жизни, а, значит, нет ничего стремного в том, чтоб ему, то есть мне, их объяснить. Вполне адекватный подход.

— Да приключилась история много лет назад.

Николай ушел в армию тогда. Мы дружили. В то время была у него девушка. Ольга. Так вышло … появился слух, будто она… скажем так, неверна моему другу. Мы в то время действительно были настоящими друзьями с Колей. Я не проверил достоверность информации и написал товарищу письмо. В котором подробно описал ситуацию. Ну… Николай, естественно, принял все это близко к сердцу. Оно и понятно. Пока защищал рубежи Родины, девчонка пустилась во все тяжкие. Вернулся в итоге Николай с новой любовью. Практически женат. Только тогда выяснилось, что сплетни об Ольге были ложью. Девки языками натрепали. С того дня вот и не разговариваем. Лишь по необходимости, да если по работе судьба сведёт. Николай считает меня виноватым. Может, и так. Может, есть доля вины. Надо было подробнее разузнать, а я сразу кинулся другу глаза на правду открывать. Но… что уж теперь. Действовал из лучших побуждений. Понимаешь?

Дмитрий Алексеевич снова посмотрел на меня, только теперь, вроде как, с надеждой. Ему сильно хотелось, походу, чтоб я его поддержал. Да пожалуйста. Мне не жалко.