\

Может, в прошлой работе дело? Да и по словам Андрюхи, когда он про марксизм-ленинизм вспоминал, Нина Григорьевна могла быть сильно идейной. В партии состояла, выступала много, все дела. Может, самообразованием человек занимался. Чего нет-то?

Тетка очень даже полна сил, несмотря на возраст. Это заметно. Есть четкое ощущение, такая и по голове настучит, если что. При том, что я — моложе. Безумием от нее не веет. Значит, все, что она сейчас мне вещает — реально правда. Выходит, Нина Григорьевна бывала в Москве. Встречалась с маман. Уж не знаю, по какой причине, но явно не ради пустых разговоров.

Не последние деревенские сплетни обсудить. Бабка что-то хотела от Светланочки Сергеевны. Причем, рассчитывала, та не откажет. Типа, имеется на нее компромат. Беседа у них в итоге не задалась. Походу, класть хотела госпожа Милославская на любые компроматы. Это, кстати, не удивительно. Сталкивались, знаем. И вот после беседы маман с бабулей, случился ещё один разговор. Только между Ниной Григорьевной и Жориком. Что-то она ему наплела. Или наоборот? Глаза открыла? Твою мать! Как же хреново-то. Тыкаюсь мордой вслепую.

— Прощаю. — Сразу ответила старуха, не дожидаясь продолжения моей фразы.

— Вот тебя прощаю. Сын за мать не в ответе. Тем более, Колька нет-нет, а хвалит тебя. Я злюсь, а он все равно хвалит. Говорит, парень ты хороший. Хороший…

Нина Григорьевна засмеялась. Потом покачала головой, будто не верила сама своим словам.

— Хороший… Среди Милославских это невозможно. Не та порода.

— Да подождите Вы. Тут вот какое дело…— Я на ходу лихорадочно соображал, как объяснить бабке, по какой причине не помню ни нашей с ней встречи, ни нашего разговора. — Перед тем, как меня отправили в Зеленухи, мы попали в аварию.

Я сидел рядом с водителем и сильно ударился головой. И вот у меня теперь имеются некоторые провалы в памяти. Понимаете? Вы только не думайте, что я дурак. Или там, ненормальный. В остальном все хорошо. Но вот Вас…простите, не помню.

Старуха перестала скалиться и посмотрела на меня внимательнее. Прищурилась даже. Пыталась понять, говорю ли я правду. Чувствовал себя, как лошадь, которую хотят купить. Не удивлюсь, если сейчас прикажет зубы показать. Колоритная бабка, конечно.

— Вот как… Интересно… Ну, если бы ты начал себя хвалить, это было бы естественно.

А ты рискуешь выглядеть не в лучшем свете. Милославские о себе плохо не говорят. Значит, скорее всего, так и есть. Сильно ударился?

— Да не особо. Наверное… Плохо помню, если честно. Мы в машине ехали с Вадимом и… — завис на секунду, соображая, не разозлит ли опять Нину Григорьевну имя Светланочки Сергеевны. Но и обойти его, не обойдешь. — С матерью ехали, в общем.

— Аааа… Ну, так тогда ничего удивительного. Ты же собирался ей за ту историю высказать, о которой от меня узнал.