\

При этом взгляд у деда Моти был такой, будто он сейчас Переростку государственную тайну выдаст.

— Ты Андрюха, должен просто никуда не вляпаться за это время. Чтоб нам с тобой ещё проблем не добавилось. Справишься?

— Да ну вас! — Братец дёрнул плечом, скидывая руку Матвея Егорыча. — Вы решили, что от меня толку никакого? А я, между прочим, очень даже полезный.

— А зачем нам поле рыть? — Поинтересовался Семён.

Лишившись горна, он теперь внимательно слушал, о чем говорят старшие. Пацан был не в курсе дел и, естественно, ему наше обсуждение казалось очень странным.

— Там, Сенька, клад.

— Выдал дед Мотя. — Серьезное дело, понимаешь ли. Никто об этом не знает, только мы. Так что, имей в виду. Ни слова. Понял? А то набегут дармоеды.

— Ого… — Младшенький завис.

Его взгляд затуманился, в глазах появился далекий призрак золотой лихорадки. Вот тебе и пионер.

— А что за клад, Матвей Егорыч? — На всякий случай уточнил Сенька."

"— Самый настоящий. У нас давно, ещё до революции, было тут барское имение. И вот, когда пришли за барином большевики, он успел свое богатство зарыть. Дом стоял, как раз, где сейчас здание школы. А на месте футбольного поля в то время был амбар.

Вот где-то там, в амбаре, и зарыл.

— И что? Прям за это время никогда, никто не искал? –С недоверием спросил Младшенький. Своим некрепким юным умом он все равно уловил отсутствие логики в рассказе деда.

— Так никто не знает. — Уверенно ответил Матвей Егорыч.

— А Вы? Вы-то знаете! — Сенька не отставал. Ему, видимо, хотелось понимать целесообразность вложения своих физических сил.

— Так! Знаешь, что? Причипился он со своими вопросами… Не хочешь, не копай. Обойдёмся сами. Только потом не приходи, когда нам грамоту будут вручать.

И медаль.

— Какую медаль? — Оживился Сенька.

— Так заслуги перед страной и государством. Мы же клад найдем, сообщим, как положено. Нам выпишут грамоту. А ты останешься с носом. Понял? Все. Давай. Иди вон… не знаю… Эх, черт, и к пацанам тебя не отправишь… Мать запретила…

— Матвей Егорыч, я верю. Верю! Честно. Будем копать. — Сенька подскочил к деду Моте, вцепился в его руку и принялся ее трясти. — А много там богатства в этом кладе? Может на телевидение позовут…

— Ага. Тебя-то точно. Батя рад будет, до усрач… — Матвей Егорыч хотел высказаться в привычной для себя манере, но глянул на Семена и произнес совсем другое, — До чёртиков будет рад.

Твоему бате только на телевидении сына не хватает. Ага. И чтоб его сын там, на центральном телевидении, рассказывал, как он в деревне, ночью, целенаправленно клад искал.

Короче, по факту, ничего мы не решили. Имелась ясность только насчёт задания для Матвея Егорыча и Семена. С остальным — туман и полные непонятки.

Андрюха стал как-то молчалив и задумчив. Но на репетицию все равно собрался вместе со мной.