\

— Объясните толком, что за матч? Игра с Воробьевкой, это я поняла. Но… такая странная команда поддержки. Раньше ничего подобного не видела…— Милославская покачала головой.

Ясный пень. Раньше никто ничего подобного не видел. Так я подумал про себя, потом посмотрел на Светланочку Сергеевну, всем своим видом демонстрирующую интерес и внезапно меня посетила идея. Ничто так не сближает, как преступление, совершенное одной командой.

— Говоришь, второй шанс…

Маман сначала радостно вскинулась, но потом оценила мой внимательный взгляд и напряглась. Рвения у нее заметно поубавилось.

— Да, Жорик. Было бы хорошо...

— Ну, отлично…Идём. Обсудим кое-что всеми...

Глава 9: О женской красоте и коварных планах.

Бедный Геннадий. Знал ли он, что обычная поездка в Зеленухи, где ему предстоит судить товарищеский матч, превратится в адский ад. Не знал. А должен был догадаться. Он, вообще-то, тут родился. Хотя, я заметил, что деревня к местным более лояльна, чем, например, ко мне. И все же, не стоило Геннадию так расслабляться.

Сказать честно, для меня все последующие события стали тоже несколько неожиданными. Не во всем.

Ещё днём, в саду, когда мы устроили совет, на котором присутствовали я, Андрюха, Наташка и Светланочка Сергеевна, был утвержден новый план действий. Вернее, частично отредактирован старый из-за появления нового действующего лица."

"Порчу колхозного имущества в виде футбольного поля доверили, как и задумывалось, Матвею Егорычу. В помощь ему определили Семёна. Всё-таки человек он пожилой, а пацан у нас резвый. Дед Мотя будет руководить, Сенька копать. Здесь обошлось без изменений.

Правда, кандидатура Младшенького стала камнем преткновения. Госпожа Милославская упёрлась, как баран рогами, что Сенька для столь глобальных махинаций слишком мал. Типа, незачем портить ребенка своими афёрами.

Спор продолжался ровно до того момента, пока к нам не присоединились дед Мотя и, непосредственно, предмет спора — Семён. Им надоело сидеть дома. Ничего интересного они там не придумали, даже удивительно, при богатой-то фантазии деда, поэтому пришли к школьному саду, чтоб разыскать нас. Увидев маман, Сенька сначала немного зажался, но потом, чувствуя поддержку и крепкое товарищеское плечо своего наиближайшего соратника, Матвея Егорыча, раскрылился конкретно.

— Если не пустишь, убегу. Слово даю. Поняла? — Зловещим тоном сообщил Младшенький маман.

Не знаю, куда он собрался бежать, честно говоря. На месте Милославской я бы не вёлся на слова малолетнего шантажиста. Ещё бы дал пинка для скорости. Но она, видимо, слишком трепетно относилась к младшему сыну. В сложившихся обстоятельствах это было только в тему.