\

Просто секретный штаб какой-то.

Передо мной стоял довольный до одури Матвей Егорыч. На пенечке сидел Андрюха, вытянув свою загипсованную ногу. А рядом подпрыгивал на месте от нетерпения Семён. Черт. Все ещё хуже, чем я думал. Команда в полном составе.

— Что случилось? — Спросил сразу всех, на всякий случай. Ибо варианты могли быть разные. — И зачем эта таинственность? Прячетесь в кустах. Ладно Сенька, ему простительно. Но вы то...

— Семён клад нашёл. — Выпалил сходу Матвей Егорыч, не дав мне договорить мысль до конца, а потом протянул вперёд руку.

Несколько минут я тупо рассматривал две монеты, которые лежали на его ладони.

Были они несомненно старые. Очень. Как я понял? Потому что и на одной, и на второй имелось изображение, сильно напоминающее Николая Александровича Романова. Того, который второй. Вот очень вряд ли в СССР решили почтить его память.

— Это что? — Я поднял взгляд на деда.

— Говорю же, бестолочь. Похоже, Сенька вовсе не дурачок. — Сообщил мне Матвей Егорыч, крайне довольный этим фактом. — Или дурачок, но с хорошей интуицией.

Семён на слове ""дурачок"" вроде возмущенно вскинулся, но потом, осознав, что это похвала, приосанился.

Мол, да, он — герой.

— Царские монеты. Золотые. — Блеснул умом Переросток. Но тут же уточнил. — Скорее всего, золотые.

Я взял одну из монет в руку и покрутил. Блин… Реально похоже на золото. С одной стороны имелся герб российской империи. И надпись, обозначающая номинал в десять рублей. Ещё год — 1899. С другой стороны — то самое изображение Николая II. И это реально был Романов.

— Опупеть… Откуда? — Я вопросительно посмотрел на Семена, который явно чувствовал себя главным действующим лицом.

— Это Сенька нашёл. — Ответил вместо Младшенького Андрюха.

— Блин, я догадался, что вряд ли ему в магазине сдачу дали. Точнее. Где нашёл?

В общем, оказалось, что Семён со своей абсурдной идеей не успокоился и продолжил копать в разных местах Зеленух. Правда, конкретно соседские огороды он уже не трогал. Рассудил, там если что-то когда-то и было, то уже этого давно нет. А получать снова по шее сильно не хочется. Поэтому утром, прихватив из дядькиного сарая лопату, на свой страх и риск, он отправился к погосту. Подумал, раз есть руины, то почему не быть кладу. Своя логика у Сеньки.

Только ему понятная. Рыть начал со стороны разрушенный церкви, но, слава богу, за забором.

— Семён! Ты понимаешь, если бы заметили, что могли подумать? Что ты конченый псих. Роешь возле кладбища. Хорошо, хоть не на нем. Итак Милославских уже вся округа знает. Не только в Зеленухах.

— Жорик, ты погоди. — Дед Мотя забрал у меня монеты и спрятал их в карман. Младшенький проводил свою добычу взглядом, понимая, что она уплывает. — Смотри, что выходит. Сенька нашел эти две. Значит, велика вероятность, что есть еще.