\

Я с облегчением выдохнул. Уже радует. Не хватало в этой ситуации разбить сердце Андрюхе. Нет, я догадывался, что скорее всего там разбивать нечего, но мало ли.

— Слушай… Такое дело. Есть у меня один приятель. В Воробьевке. Очень-очень хороший парень. Ему сильно Аллочка нравится. Даже, я бы сказал, он в нее влюблён. Так вот… Сам знаешь, как телочки…

Осёкся, потому что взгляд Андрея стал чуть более туманным. Походу, он аналогии между рогатыми животными и женским полом не улавливал. Пришлось уточнить.

— Девушки. Про девушек говорю. Понимаешь?

— А-а-а-а-а! Ясно.

— Братец посветлел лицом.

— Так вот. Девушки, женщины и так далее, просто до ужаса любят всякие героические поступки. И вот что думаю… — Я выдержал театральную паузу, дабы Андрюха проникся важностью момента. — Ты должен пригласить Аллочку на свидание. Там начать вести себя по-скотски. Появится Серега, даст тебе в морду, спасет Аллочку от грязных посягательств и все. Дело в шляпе. Она его полюбит. И будут они любить друг друга до конца жизни. Понял?"

"— Понял…— Андрюха кивнул головой. — Один вопрос. По-скотски, это как?

Я посмотрел на серьезное лицо Переростка.

Ну, да… Он, конечно, даже приблизительно не может представить, что значит, позволить себе лишнего и сделать любой особе женского пола плохо.

— Блин… Ну, приставать, там. Хватать за разные неприличные места. Андрюх! Короче! Ты должен быть злодеем. Понял? Хрен его знает, как объяснить подробнее.

В общем, с горем пополам, удалось разжевать братцу все в деталях. Он сначала заартачился. Ожидаемо. Хватать Аллочку за разные не то, чтоб неприличные, даже вполне себе невинные места ему, может, и хотелось, но Андрюха заявил, что это неуважение к даме.

Более того, может сильно испортить репутацию самой дамы. Потому что в деревне есть поговорка ""сучка не захочет, кобель не вскочет"". Соответственно, в подобных ситуациях всегда винят девушку.

Я заверил братца, что это очень даже хорошо. Тогда она тем более оценит поступок Сереги очень высоко.

— И когда мы это будем делать? — Сдался, наконец, Андрюха.

— Сегодня! — Решительно заявил я.

Ибо не хрена сиськи мять. Тут вон, один день веселее другого. Мало ли, что завтра случится.

Нет. Ждать больше нельзя.

— Это как? — Переросток, конечно, от моей прыти офигел.

— Как…

Я завис, соображая. Действительно, как? Опять все упирается в этот долбаный транспорт. Одна машина на всю деревню, и та — служебная. Два мотоцикла. Причем, ни у Ефима Петровича, ни у Лидочки я не могу его попросить. Зато велосипедов — навалом. Но к велосипедам у меня выработалась устойчивая неприязнь.

Я посмотрел на деда Мотю, который, задумавшись, пялился в сторону входной двери, закрывшейся за Семеном.