\

Такие же, как нашел Семен.

— Мандец…

Не знаю, кто из нас первый сказал это вслух. Или оба. Одновременно.

— Жорик… Это что ж…Правда клад?

Мы с Переростком снова уставились друг на друга.

— Да что ты заладил. Откуда я знаю? Я их, что ли, тут зарыл? Получается, и правда клад. Монеты царские. Наверное, когда шел процесс установления новой власти, кто-то их тут спрятал в надежде, что вернется и заберет обратно. Историю хорошо учил? Особо никто не верил, что большевики надолго. Кроме самих большевиков. Андрюх, ты давай, зарой немного все, что мы раскопали. Так, хоть… Землёй прикидай.

Я пока тут приберусь.

Братец кивнул, вскочил на ноги и кинулся уничтожать следы нашего кладоискания.

Я повертел коробку в руках. Подумал, буквально одну секунду, а потом, пользуясь тем, что Переросток отвлекся, хапнул горсть монет и сунул ее в карман. Некрасиво? Возможно. Подло? Наверное.

Но, осмысляя все, что произошло в последнее время, я точно знал, ни Андрюха, ни Матвей Егорыч, ни уж тем более Семен с его детским максимализмом, моих слов не поймут. Если я предложу им либо спрятать клад до тяжелых времен, либо разделить его на всех, они сто процентов заартачатся.

Нет. Точно не поймут.

Андрюха такой же чистоплюй, как и дядька. Он еще молодой, во многом раздолбай, но честность у него и порядочность на уровне с отцом. Матвей Егорыч…Да в принципе то же самое. Что бы он не говорил, как бы себя не вел, но дед — настоящий человек. И за сына он себя винит в первую очередь, кстати. Прям поедом ест. Хотя, виду не показывает.

Закрыл коробку, поставил рядом и шустро принялся закидывать землю.

Как только закончили, быстро рванули в сторону дома. Я старался идти так, чтоб в кармане не звенели монеты.

Не знаю, сколько именно я хапнул, но точно не мало. Этого должно хватить на начальном этапе. Особенно через одиннадцать лет. Их цена подскочит еще выше. Они станут стартовым капиталом. Не для меня, для отца с матерью. Насчёт себя, вообще пока ни черта не знаю.

Глава 24. О том, как удачно можно вовремя подстраховаться.

Утром собрался, пока Семен и Андрей спали. Коробку мы спрятали в сено. У Младшенького чуть приступ нервический не случился, несмотря на юный возраст, когда он увидел монеты.

— Я говорил, говорил! — Сенька подпрыгивал на месте, пару раз даже ударившись башкой о деревянную балку.

— А вы мне не верили. Думали, я ненормальный.

— Верили, Сеня, верили. Ты только не ори на всю деревню. — Я запихнул коробку в самый дальний угол, как можно глубже.

— Когда всем объявим? — Семен светился от счастья. Он был готов бежать к председателю, а потом в любую газету союзного значения прямо сейчас.

— Погоди…Я утром съезжу кое-куда. Затем, наверное, точно не знаю, но думаю, что скорее всего, приедет этот…Аристарх Николаевич.