\

Но лицо! Руки!

— Скажите, а кто я, вообще? — Спросил сразу обоих, и медсестру, и капитана.

— Эвоно, куда тебя понесло… — Вояка усмехнулся. — Ладно. Если запамятовал, скажу. Ты — Соколов Станислав Игоревич, 1962 года рождения. Призывник и пока еще разгильдяй. Последнее следует из твоего поведения. Тем удивительнее, что в военкомат пришел сам, язаявляя о готовности отдать долг государству, которое тебя вырастило. Кормило, поило, дало образование…

— Я что, сирота? — Старался успокоится, но не получалось. Поэтому сарказм в голосе скрыть не вышло.

— Почему сирота? — удивился капитан.

— Так если меня государство и кормило, и поило. Вы уж определитесь.

— А-а-а-а-а… шутник… — С пониманием кивнул вояка. — Ясно. Ничего, это дело поправимое. Посмотрим, как до дембеля дошутишься. Два года еще впереди. Все. Подъем! Двигай за мной. А то я прям поверил, когда ты посреди коридора вырубился. Притащил тебя вон, к Маргарите Николаевне. А выходит, зря.

Капитан направился к двери.

Я смотрел ему в спину, но вставать и бежать следом не торопился.

Честно говоря, появилась слабость в ногах. Меня добил год рождения.

Хрен с ней, с фамилией. Имя и отчество верные. Я действительно Станислав Игоревич. Правда, не Соколов, а Ткачев. Но 1962 года рождения — это слишком. То есть, учитывая, что призывают в восемнадцать, сейчас, выходит, 1980? Да ну на хрен! Какой же бред!

— Ну? Долго ждать? — Капитан обернулся.

Пришлось подняться со стула и идти за ним. Тем более, Маргарита Николаевна мне больше не улыбалась. Похоже, решила, что я на самом деле кошу под сумасшедшего.

Мы с воякой вышли из медицинского кабинета и оказались в длинном темном коридоре.

Капитан, не останавливаясь, двигался вперед, пока мы не оказались в

большом помещении, напоминавшем спортивный зал.

Скорее всего, это он и был. Дощатый пол, выкрашенный в какой-то отвратительный коричневый цвет, большие окна. С двух сторон — крепленые к стенам баскетбольные кольца. Ну, уж точно это не ночной клуб.

В моей голове было пусто. Там в данный момент, если бы кто-то заглянул, увидел бы пустыню и катящееся по песку перекати-поле. Ни одной мысли. Не то, чтоб здравой, даже абсолютно тупой. Мой мозг отказывался принимать действительность, но одновременно понимал, я реально все это вижу.

По-настоящему.

В помещении сидели пацаны, лет восемнадцати. Логично. Достаточно много, кстати, пацанов. Так понимаю, новобранцы. У большинства я заметил в глазах непонимание и растерянность. Они будто не могли сообразить, зачем вообще их сюда привели.

— Ну, все. Иди. — Капитан кивнул в сторону ближайшей компании.

Парни смотрели на меня, как на родного, с сочувствием. Видимо, мы с ними знакомы. Я медленно двинулся в сторону этой кучки из четырех человек.