\

Где носит этого придурка? Потом тихо спросил дневального. Тот ответил, будто блаженный Олег ушел в туалет. Думаю, ну это, конечно, понятно. Только чего так долго? Я сполз с кровати, соображая, не пойти ли мне, например, в туалет.

И только в этот момент заметил, что постель сержанта Лиманова тоже пуста.

— Слышишь…А сержант где? — Поинтересовался я у дневального.

— Так в туалете. — Судя по интонации его голоса, он вообще ничего странного в этом не видел.

А вот я очень даже взбодрился. Рванул в сторону толчка, мысленно прикидывая, что бы это значило. По моему внутреннему предчувствию, вообще ничего хорошего.

Когда я открыл дверь в уборную, первое, что бросилось в глаза — блаженный Олег. У него было такое спокойное и счастливое выражение лица, будто находится он не в солдатском туалете, а где-то на берегу моря. В руке мой дорогой, очень дорогой, друг держал какую-то загадочную хрень, назначение которой я даже не сразу понял. Непонятная палка, сантиметров двадцать длиной, в которую было вставлено, всунуто, впихнуто, понятия не имею, как выразиться точнее, лезвие от бритвы. Кулибин, епте мать. Сварганил себе оружие, дебил.

Копье бы еще выточил.

Напротив Исаева в напряжённой позе замер Сержант Лиманов. И его лица я как раз не видел.

Но сразу понял, что сейчас произойдёт. Олег сделал резкое движение вперёд, махнув рукой, в которой была та нелепая конструкция с лезвием на конце.

— Исаев, млять! Дебил! — это все, что я успел сказать.

Глава 17

Бывают моменты, когда ты действуешь на автомате. Ничего не понимаешь толком. Не осознаешь. Просто срабатывают рефлексы. И все.

Вот то же самое происходило со мной в этом долбанном толчке этой долбанной армии.

И вся херня, которую показывают в фильмах, типа события тормозят, останавливаются, а потом идут, как в замедленной съемке, херня и есть. Полная причем.

Ничего там не тормозило. Наоборот. Такое чувство, будто время понеслось с тройной скоростью. Не успел даже в полной мере охренеть от происходящего, как уже был втянут в основной ход событий.

Вообще, конечно, ни я, ни Лиманов не ожидали, что психованный Исаев реально сможет причинить вред сержанту. Весовые категории вообще разные, а не в том смысле, что испугается Олег.

Там, судя по намертво застывашей улыбке и отмороженному взгляду, просто нечем сейчас пугаться. Мозг у Олега работал в своем режиме, далёком от нормального поведения.

Я, как только увидел Исаева, с лезвием в руке, и сержанта, стоявшего напротив, прыгнул сразу. Без тупых вопросов:""А что это вы тут делаете?"". Даже дураку понятно, ничего хорошего.

Не знаю, что сработало в первую очередь. Наверное, интуиция и жизненный опыт. Как там говорят? Если ружье висит на стене, то оно обязательно выстрелит? Так и тут.