\

— А далеко может снаряд улететь? — Снова влез Исаев. Этот вообще рассматривал Град с таким интересом, что я вообще не удивился, если бы он его облизнул. Типа, на вкус попробовать.

— О, епте мать… Исаев… Щас тебя зарядим и проверим. Максимальная дальность — двадцать километров, минимальная — полтора.

— Ни хера себе, прилично. — Выдохнул с восторгом Олег.

Пока мы доставали сержанта, привезли снаряды. Комвзвода приказал разгрузить и приготовиться. Мы открывали ящики, накручивали взрыватели. Как оказалось, нужно было их привести в готовность ключом, но это я уже узнал по ходу действия.

Все это время неподалеку ходил Исаев. Он просто не мог оторваться от машины. Взводный скомандовал заряжать по сорок снарядов.

— Е-мое … Слышишь, Стас. Вот это будет зрелище!

Пока все ушли, потому что командиров машин и наводчиков позвал комвзвода, я засунул руки в бронежилет, уткнулся в воротник, облокотился на крыло машины и прикрыл глаза. Все-таки полевая жизнь реально выматывает. Последнее, что видел, как Исаев тоже оперся на машину и закурил. Буквально через семь секунд меня накрыла слабость, разливаясь по всему телу. Я понял, что засыпаю стоя.

Состояние было балдежное. Никогда прежде не думал, будто сон может доставлять столько удовольствия.

Ровно спустя минуту -две, не могу точно сказать, я начал вообще выпадать из реальности. Очнулся сначала от суеты. Откуда-то со стороны было слышно мат и ругань. Очень громкий мат и осень громкую ругань.

— Кто, млять, на посту?! Какого хера гражданские на полигоне?! Я вас всех в дисбат отправлю! Дебилы!

Потом вдруг рядом хлопнула дверь машины. Я резко открыл глаза и охренел. Из капота ""Града"" било пламя.

— Стас! Щас манданет тут все! Там автобус с гражданскими! Вон, разворачивают.

— Какие гражданские! Ты совсем?! Это же полигон! Это что, млять, за барбекю?! Почему оно горит?

Я вообще не мог славиться и понять, что происходит. Там орут все. Тут орет Исаев. Там в суете никто не видит, что у нас тут локальный апокалипсис.

Исаев открыл капот и чехлом от боевой машины начал накрывать пламя. Вот только в этот момент до меня дошло. Я, как бешеный, подорвался к нему, чтоб помочь. Думаю, если рванёт, это мандец. Машина заряжена. Сорок ракет.

И главное такой шум, что орать можно до посинения, хер кто услышит. Там, на расстоянии, какие-то дебилы походу, просрали на посту, как на территорию полигона въехал гражданский автобус. Это как?!

Исаев тушил пламя всем, чем мог. А мог он только чехлом и своими же руками.

–Стас, зови кого-нибудь! Я хер знаю, оно не тушится!

— А ты?! Если рванёт.

— Да млять, беги говорю!

Впервые с самого начала нашего знакомства я послушался Исаева. Реально. Сорвался с места и побежал.