\

Опоздаю, сто процентов. Тот, не поднимая глаз, подписал, поставит печать.

Из ЖЭКа я забежал в диспансер, и один, и второй. Как говорил опер, тетки проверили нужную фамилию, а потом тоже шлепнули мне печати."

"После этого случая, наученный опытом, точно понял одну вещь. Если придется делать еще что-то подобное, больше в ЖЭКах никогда не заявлю, что я из ОБХСС. Надо говорить просто и кратко, мол, из милиции. Похоже, Тоня права, эта контора вызывает у людей не меньший нервоз, чем появление какого-нибудь комитетчика. Но вообще, в идеале, надеюсь, делать что-то подобное мне не придётся.

Завтра переговорю с этими Иванычем. Вопрос надо решать.

Пока бежал обратно в управление, думал, что, блин, за бред. Какой прок от этих характеристик? На кой ляд они сдались суду? Что он из них извлечет? Типа, если гражданин Сидоров по мнению техника Петровой хороший человек, то ему можно кражу простить? Бред вообще. Поэтому и не выношу ментовку. За тупость.

Слава богу, с характеристиками по месту работы было проще. Я позвонил начальнику отдела кадров, представился опером, поставил задачу, и договорился, когда можно подъехать за характеристикой. Решили, что завтра.

Мой временный куратор был доволен таким исполнительным стажёром. Поэтому когда я сказал, что мне мандец, как пора бежать, он удивился.

— О... а ты еще тут? Иди, конечно. Завтра будь вовремя. Иваныч, он строгий. Не так легко обойдешься.

Я покивал и выскочил из кабинета. Надо было быстрее торопиться на вокзал.

Глава 6. Стасик.

После разговора с Исаевым мне стало совсем хорошо. Спокойно. Потому что выходило, ни черта это не ""белочка"" и не шиза. Снаряд два раза в одну воронку не падает. Не может такого быть, чтоб я опять впал в кому и снова оказался рядом с Исаевым во сне.

Ибо это вообще полная хрень тогда. Тем более, имеется не просто сон, а прям история с логичным сюжетом.

Более того, чем дольше об этом думал, тем сильнее во мне крепла уверенность, не просто так именно блаженный Олег оказывается рядом. Что-то есть в этом.

Первый раз я бухой вписался в его тачку на своей. Вернее, не на своей, но это нюансы. Главное — суть. Исаев в моем времени и в моей жизни — священник. А если все, что творится с внезапными пробуждениями в теле Соколова, это — своеобразное наказание? Типа того.

Священник меня из машины вытащил, в больницу привёз. А мог бы я там, в перевернутой тачке, вполне концы отдать. То есть, условно говоря, я, скот такой, пьяный за рулем ездил, потому что ничего не боялся. Мне вселенная за такую наглость выписала исправительные работы. Мол, иди, придурок, нюхни настоящей жизни.

По крайней мере, сам не знаю почему, но полгода в армии напрочь отвернули меня от взяток. Логики никакой, а получилось именно так. Как в себя пришел и на работу вернулся, вообще перестал кому-то в чем-то помогать.