\

Как-то не ожидал столь закрученного сюжета, если честно. Война, предатели, левый мужик, от которого рожали все подряд. Блин, а я еще своей ситуацией был недоволен. Но главное не это. На самом деле. Меня поразило то, что мажор не подумал сразу о самом очевидном.

— Ты думаешь, будто гибель члена ЦК списали бы на несчастный случай и успокоились бы? Серьезно? В обстоятельствах, которые никто не смог адекватно объяснить? — Я с удивлением смотрел на мажора. Вроде не глупый. Нет, вслух ему этого не скажу, конечно. Так-то он совершенно невыносимый тип. Каждые полчаса возникает непреодолимое желание дать ему в морду.

Но ведь не идиот.

— Не понял… — Жорик подался вперёд. — Погоди…Ты имеешь в виду, что действия Милославского-младшего были не совсем его решением? Или что?

— А вот давай прикинем. — Я вскочил с кресла и принялся ходит кругами по комнате.

Так легче думалось. Старая привычка. Если надо было выстроить в голове какую-то схему, всегда принимался вышагивать по определенной траектории. Мне реально помогало. Не могу думать, сидя на месте.

— Вот представь. Погибает член ЦК. С женой. На месте гибели — только сын. И он же — единственный свидетель.

Верно я понял?

Мажор кивнул.

— И что? Ты на полном серьезе считаешь, будто он развёл руками, сказал, не знаю, не помню и его оставили в покое? Вот уж не думаю. Скорее всего, твоего Георгия Аристарховича неплохо потягали комитетчики.

— О блин… — Мажор откинулся назад, на спинку кресла, и уставился в пустоту. Ему явно подобная мысль даже в голову не приходила. А зря. Она, эта мысль, как раз должна была стать первой версией происходящего.

— Уверен, было что-то если не такое, то наподобие. А тут, представь, очень неудачно для них и очень удачно для себя, пацан вдруг ни черта не помнит.

Странно. Я бы на их месте точно зацепился за пацана. А теперь смотри, еще какая история…Я тут с одним человеком общался вчера. Отец моего армейского товарища. Второй секретарь горкома. И вот что он сказал…Министр МВД сейчас некий Щелоков. Я так понял, что мужик конкретно злоупотребляет своим положением. А если это делает он, то значит, и многие, приближенные к нему. Это ментовская тема. Точно тебе говорю. Опять же, кто бы ему это позволил, если бы не…Мляха муха… — Я замер посреди комнаты, оценивая мысль, которая неожиданно появилась в моей голове.

— Ты чего? — Милославский заволновался. –Что, блин, за лицо? Ты меня не пугай. Я в прошлый раз угребся разбираться с детьми. Родными, приёмными, внебрачными. Теперь вообще какой-то детектив выходит. Да еще с присутствием товарищей, которые нам совсем не товарищи. Потому что, с этими договариваться сложно. Даже в современной, моей… то есть, нашей жизни. А тут вообще, наверное, все идейные. Суки…

— Год сейчас какой? — Я в ответ посмотрел на Жорика.