\

А то бы катались кругами по всей столице. Пожилой ведь человек, дедуля ваш. За ним глаз да глаз нужен. — Продолжал вычитывать мент, при этом по чуть-чуть, маленькими шажочками, пятясь назад. Было ощущение, еще немного и он просто сбежит. Факт передачи Матвея Егорыча в родственные руки радовал капитана неимоверно. Поэтому вслух он говорил, что положено, а на самом деле одной ногой был уже максимально далеко и от меня, и от остальных членов нашей компании."

"Я посмотрел на довольного деда Мотю, который выглядывал из-за спины капитана, при этом весьма живо строя мне гримасы.

Ему в отделении явно понравилось. Да уж… Насчёт глаза это мент верно сказал. Присмотр необходим. Несомненно. Только не с той целью, чтоб дед Мотя не пострадал, а с той целью, чтоб не пострадали окружающие. Меня еще в Зеленухах поражала детская непосредственность деревенских. Они реально жили по принципу, что вижу, то пою. Без двойных смыслов и подтекстов. Если, к примеру, человек дурак, то в Зеленухах ему об этом и скажут прямо. Никто не постесняется. А что стесняться? Вот, судя по нервному тику капитана, дед Мотя успел популярно объяснить сотрудникам отдела, кто есть кто. И я так понимаю, там далеко не хвалебная речь была.

Матвей Егорыч в данную минуту сидел вместе с Андрюхой на старых деревянных креслах в небольшом помещении, типа холла. Так как капитан, с которым у меня шёл диалог, стоял ровно перед ними, загораживая спиной, то дед периодически наклонялся то влево, то вправо, подмигивая мне одним глазом из-за мента. Мент чувствовал, сзади что-то происходит, но, когда оборачивался, видел только улыбающееся лицо деда с абсолютно невинным взглядом.

За стеклом, прямо там, где пристроились Матвей Егорыч и Андрюха, находилась дежурка.

Между телефонами и пультом пытался слиться с интерьером еще один парень в форме. Выражение лица у него было несчастное. В момент, когда мы с Соколовым только появились в отделении, Матвей Егорыч как раз что-то втолковывал дежурному через стекло. Громко. Выразительно стуча пальцем по разделяющей их перегородке. Я так понимаю, пояснял за жизнь. Судя по взъерошенному дежурному, он бы с удовольствием послал деда Мотю, куда подальше, но, видимо, уже понял, сделать это нереально. А где-то даже опасно. Жалкая стеклянная преграда ветерана и участника всех возможных битв, не остановит. Тем более, по обрывкам фраз, которые Матвей Егорыч настойчиво вдалбливал дежурному, я понял, что речь шла о том самом секретном пакете, который он, рискуя жизнью, то ли вез через лес, то ли доставил через море на подводной лодке. Когда я слышал эту историю в Зеленухах, версии разнились. Причем, способ доставки пакета менялся прямо в ходе повествования. Подозреваю, наивный дежурный имел неосторожность усомниться в правдивости рассказа.