\
Меж авторский цикл романов о попаданце из современности в СССР Павла Барчука и Павла Ларина. Несчастный случай изменил мою жизнь. Был — мажор в 2022, стал — сынок члена партии в 1980. Равноценный обмен? Вот только пацан, в чьем теле я оказался, ухитрился получить от родителей ссылку в колхоз. И мне теперь вместо хорошей, сытой жизни, светят сортир на улице, подъем с рассветом и борьба за урожай. Местные парни смотрят косо. Местные девицы — с интересом. А я смотрю просто вокруг и соображаю, как превратить забытую богом деревню в новую Рублевку, но… и тут что-то пошло не так… Содержание: КОЛХОЗ - НАЗАД В СССР: 1. Павел Барчук: Колхоз: Назад в СССР 2. Павел Барчук: Колхоз: Назад в СССР 2 3. Павел Барчук: Колхоз. Назад в СССР 3 4. Павел Барчук: Колхоз: назад в СССР — 4 5. Павел Барчук: Колхоз: Назад в СССР — 5 6. Павел Ларин: Артиллерист: Назад в СССР 7. Павел Барчук: «ОБХСС–82» 8. Павел Барчук: ОБХСС-82. Дело о гастрономе 9. Павел Барчук: ОБХСС-82. Финал
— Мы с вами о чем договорились? — Повторил я его вопрос.
Самый оптимальный вариант в диалоге, смысл которого непонятен, говорить то же самое, что собеседник. Это провоцирует того, с кем идёт беседа, на рассказ более конкретных подробностей. По крайней мере, так утверждала современная психология, когда я ее изучал ради интереса. Хотел научиться быстро и качественно снимать телочек. Имелся такой бзик лет в восемнадцать. Не баблом, а собственной умопомрачительной харизмой. Еще в голос постарался вложить претензию. Мол, действительно, договорились, а они тут черти что устраивают.
— А-а-а-а-а…Вы насчет отсутствия информации в обиде… — Мужик бросил в мою сторону заинтересованный взгляд. Причём, интерес был такой, будто вдруг заговорила стена. Ей, как бы, не положено, а она, оказывается, умеет.
— Насчет отсутствия информации в обиде. Да. — Повторил я, чувствуя себя полнейшим идиотом.
Главное, не переборщить, чтоб чекист не подумал, будто идиота делают из него. Я машинально оглянулся назад. Интересно, Соколов видит нас или нет... Что-то напрягало меня все происходящее.
"— Ну, так, Георгий Аристархович, мы изначально говорили, отец ваш был, конечно, под присмотром. Исключительно в целях безопасности. Мы заботимся о членах Центрального Комитета. Но образ жизни он вел тихий. Не поверите, к нему даже придраться не за что было...
Я мысленно усмехнулся. Красавец Аристарх Николаевич. Так грамотно создал свою репутацию. Его бы таланты, да в нужное русло. Чекисты ни сном, ни духом, что у них под носом сидел предатель. Кому расскажешь, не поверят.
— У всех есть грешки. Это факт. Однако, Ваш отец радовал кристальной чистотой.
— Вообще-то, они мои родители. — Я не выдержал.

















