\

Блин…Неужели наша миссия связана с чем-то реально важным? Нет, ну, спасать страну, это бред, конечно. Какие из нас с мажором спасители. Смех один. Да и спасать ее надо гораздо раньше. Тогда, может, был бы шанс. Сейчас уже нереально. Но вот конкретные люди или личности, например, почему, нет?"

"Однако, все это лишь мои домыслы. Предположения. Как бы то ни было, бросить Матвея Егорыча с Андрюхой не могу. А то потом опять их в каком-нибудь отделе искать придется. Я уже понял, люди они веселые, идеи у них оригинальные. Поэтому надо быстрее вернуть деду шапку, без шапки он никуда не пойдёт, а потом искать мажора.

— Где шапка, гад? — Дед Мотя не стал миндальничать. Сразу взял быка за рога, а мужика за грудки.

— Какая шапка? — мужик так натурально удивился, что я, например, еще больше засомневался в зоркости дедовского глаза. Начал даже готовить извинительную речь. Мол, так и так, сами мы не местные.

–Ты мне не строй тут бестолкового. Где моя шапка, которую ты нашёл возле колеса обозрения? — Деда сбить с намеченной цели было невозможно.

— А-а-а-а-а…Шапка. Так она Ваша? Я же еще оглядывался, искал кто потерял. А зачем Вам летом шапка?

Мы с Андрюхой как раз собирались с разбегу, не останавливаясь, отцепить деда от этого ни в чем не виноватого мужика, но, услышав признательные показания, тормознулись.

–Ни хрена себе. — Вырвалось у меня вслух. — Не ошибся. Прикинь? Реально опознал мужика. Вот это зрение у деда.

–И зрение, и соображалка, и память. — Андрюха остановился рядом со мной. Он нагнулся вперед, опираясь руками о колени, и пытался выровнять дыхание. Зато дед — хоть бы хны. Даже не запыхался. Терминатор какой-то. Честное слово.

— Ну во-первых, не летом. Еще только май, а во-вторых, тебе какая разница.

Ты шапку верни. — Матвей Егорыч пыхтел, как паровоз. Только пар из ушей не шел.

— Не могу. — Мужик виновато развёл руками. — Вон она, ваша шапка.

Он поднял голову и посмотрел наверх. Мы, соответственно, сделали то же самое.

На ветке сосны действительно висел головной убор деда Моти. Одиноко и вообще ни к месту.

— Ты нормальный? — Матвей Егорыч сразу отпустил мужика. Даже немного поправил и отряхнул ему рубашку. Наверное, юродивых в деревне не принято бить. Потому что, на кой черт этот тип закинул шапку на дерево, я например, ни одной адекватной причины не находил

— Сынок, так что с котиком?— Спросила вдруг бабуля, стоявшая рядом.

Она, между прочим, тоже пялилась вверх, подслеповато щурясь.

Андрюха посмотрел на старушку, потом на шапку, которую издалека при очень условных обстоятельствах, можно, наверное, было принять за кота, но при очень условных. Потом снова на старушку, а потом наклонился ко мне и тихо спросил.

— Слышь, Стас, я не пойму, она думает, что дедова тюбетейка это кот?

–Тюбетейка? — Матвея Егорыча аж подкинуло на месте.