Коллекция бывших мужей

К тому же на сей раз он вынудил меня подписать постановление о запрете покидать город, и теперь я не смогу ездить в Рощино к бабушке неизвестно сколько.

А это чревато непредсказуемыми последствиями.

Да уж, слишком плотное и частое общение с полицией, надо сказать, нас обоюдно утомило как минимум, а как максимум — достало.

Но, по большому счету, как бы я ни гневилась на Марчука и не раздражалась его поведением, но капитан все же прав — во-первых, в том, что вот уже второе преступление происходит в моей квартире, и теперь даже самому тупому следователю понятно, что это имеет ко мне непосредственное отношение, пусть не прямое, но косвенное уж точно. Хотя… с таким упорством устраивать у меня трупы в креслах — скорее, все же самое прямое отношение. Понять бы еще какое!"

"А во-вторых, — это, конечно, сильно раздражает, но и тут следователь прав — алиби у меня таки хлипкое: мало ли что утверждают врачи, может, индивидуальные особенности моего организма таковы, что я нашла бы в себе силы на удушение Ольги или оба врага со мной в сговоре, или пожалели бедняжку — всякое может быть. И, как ни крути, а на месте преступления я находилась именно в тот момент, когда оно совершалось.

Если в ближайшее время полиция не найдет никого, приемлемого на роль истинного убийцы, о том, как фальсифицируются уголовные дела и как «подтягивается» к назначенной на роль основной версии доказательная база, я знала даже слишком хорошо!

Так что, надо честно признать, дела у меня фиговые!

Да уж, это, скажу вам, не зефир в шоколаде!

А и ладно, что ж теперь Лазаря петь, прорвемся! — отмахнулась я мысленно, чувствуя себя ужасно.

Позвонила Вере, вызвав ее на очередную генеральную уборку после нового трупа и ментовских экспертов, попросила выбросить кресло и завалилась спать.

И спала я до следующего утра.

А проснувшись, обнаружила Веру, которая решила остаться, чтобы поухаживать за мной. Увидев меня, медленно входящую в кухню, помощница по хозяйству немного скривилась, но поспешила уверить, что в общем и целом выгляжу я приемлемо. Не ободрила, но надежду вселила и убежала по своим делам, оставив меня в одиночестве.

Спасибо ей огромное — прямо спасла! И щей мне вегетарианских наварила, и отвечала на все многочисленные звонки на мой сотовый, объясняя, что я плохо себя чувствую и сплю.

А мне ничего так, явно полегчало!

Чем я и не преминула воспользоваться — обзвонила всех заинтересованных и волнующихся и успокоила, ничего не рассказывая про новый труп.

Ни деду, ни бабушке я про «сюрпризики» в квартире, понятное дело, не рассказала — не волнуем, побережем.