Команда: Шакал и волки

Они как раз тягали сейчас железо и рихтовали друг другу фейсы. У него всегда пела душа, когда он смотрел на своих ширококрылых соколов.

Только в спортзал он так и не отправился. Помешал Качан. Он заявился в его охранную фирму один, без свиты и оружия. Ромчик принял своего врага, даже радушную улыбку на губы набросил. А в душе мандраж. Что, если Качан предъявит ему за Тимура. Если это случится, тимуровский бригадир останется здесь навсегда. Ромчик был настроен решительно.

Но Качан и не пытался на него наезжать. Мало того, он предложил ему раскурить трубку мира.

– Ты, Ромчик, зла на меня не держи, – сказал он. – «Аврора» мне нужна была, чтобы косяк свой перед братвой смыть. Ты же сам понимаешь, «Аврора» изначально должна была моей стать. А тут ты... В общем, сам понимаешь, пришлось подсуетиться...

Ромчик его не понимал. Плевать ему, какие косяки у Качана перед его братвой. И на него самого наплевать. Его собственные косяки волнуют. Ведь теперь его братва с него спрашивать за «Аврору» будет. И он должен что-то ответить... И он ответит. Очень круто ответит. Только не сейчас. Потом, когда в силу войдет. А пока он должен быть с Качаном пай-мальчиком. Пока...

– Да понимаю я, – кивнул он. – Да и «Аврору» ты ж не просто так забрал. Контрольный пакет у тебя. Ты фактически хозяин. А белокаменские в чужих «крышах» не нуждаются...

– Вот-вот. Тимур чужих «крыш» над собой не терпел...

Качан потускнел, скорбно вздохнул.

– Да, слышал, я слышал, – в тон ему сказал Ромчик. – Какой-то отморозок его порешил...

– Недолго ему гулять. Вся братва на ногах. Найдут этого козла. Худо ему будет, отвечаю... Но Тимура уже не вернешь... Я это, зачем приехал. С тобой чтобы по-мирному за «Аврору» поговорить, да..."

"– Мира хочешь? – спросил Ромчик.

– Хочу, – мягко ответил Качан.

– Ну что ж, я не против...

– Ништяк, – обрадовался бригадир. – Тогда давай со мной поедем.

– Куда?

– На кладбище. Сегодня Тимура хоронят... На его могиле мир закрепим. А потом тризна будет. Посидим, выпьем за упокой его души...

Ромчику вовсе не хотелось ехать на кладбище. Но делать нечего. Отказаться от приглашения Качана – значит жестоко обидеть его. А этого он себе пока что позволить не мог.

Все бы ничего, но на улице моросил дождь. Сыро, промозгло. Да еще и на душе муторно.

У ворот кладбища стояло несколько иномарок крутого пошиба.

– Тимура еще не подвезли, – объяснил Качан.

Вообще-то это было и так ясно. Тимур Беспашный большая величина. На его похороны весь криминальный мир Москвы соберется. Крупные авторитеты, законные воры. А сейчас на кладбище только охранная бригада и, возможно, менты со съемочной аппаратурой подтянулись, в кустах шифруются...

Какое-то время Ромчик и Качан сидели в машине. Затем бригадир потянул его к могиле.