Комната убийств

Сидя за столом одна, Талли уставилась на две пустые кофейные кружки, будто эти повседневные предметы обладали силой, способной успокоить, заверив: ее мир цел.

6

На беседу с двумя Дюпейнами Дэлглиш взял Пирса, оставив Кейт и Бентона-Смита в помощь офицеру из пожарного отдела и, если понадобится, для окончания разговора с Талли Клаттон и Мюрел Годбай. Приблизившись к двери, Адам с удивлением обнаружил, что она приоткрыта.

Из холла выбивалась полоска света, и тонкий луч освещал клумбу с кустами, придавая ей что-то весеннее. Кусочки гравия на дорожке мерцали, как драгоценности.

Перед тем как они с Пирсом перешагнули порог, Дэлглиш нажал звонок. Полуоткрытой дверь могла быть оставлена в качестве осторожного приглашения, но коммандер не сомневался: на такого рода предположения полагаться не стоит. Они вошли в просторный холл. Там было пусто и стояла полнейшая тишина, так что холл был похож на некую новомодную сцену для современной драмы. Дэлглиш почти видел персонажей, которые вот-вот войдут цепочкой через двери первого этажа и поднимутся по центральной лестнице, чтобы уверенно, привычно занять свои места.

Как только шаги полисменов застучали по мрамору пола, в дверях картинной галереи появились Маркус и Кэролайн Дюпейны. В течение тех нескольких секунд, что длились взаимные приветствия, Дэлглиш почувствовал: они с Пирсом не в меньшей степени под наблюдением, чем сами Дюпейны. Впечатление, которое произвела на Дэлглиша Кэролайн Дюпейн, было мгновенным и сильным. Такая же высокая, как и ее брат — оба чуть выше шести футов, — с широкими плечами и длинными руками и ногами. На ней были брюки и пиджак из тонкого твида, а также джемпер с высоким воротником.

Слова «хорошенькая» или «красивая» здесь не годились, но общее строение, в котором и заключается красота, проявилось в высоких скулах и четкой, изящной линии подбородка. Ее темные волосы, в которых там и тут мелькало серебро, были коротко острижены и зачесаны назад несколькими сильными волнами; такой стиль оставлял впечатление небрежности, хотя Дэлглиш подозревал, что прическа обошлась в немалые деньги. Ее темные глаза встретились с его и удерживали их секунд пять; в этом взгляде вызов сочетался с попыткой прощупать. Он не был откровенно враждебным, но Дэлглиш понимал: здесь возможен конфликт.

Сходство брата с сестрой ограничивалось темными волосами (только у брата седина мелькала чаще) и выступающими скулами. Лицо Маркуса было приятным, темные глаза казались сосредоточенными на чем-то внутри его, как у человека, чьи действия управляются исключительно мозгом и тщательно контролируются. Его ошибки должны быть ошибками в суждениях; необдуманность и небрежность здесь исключены.