Комната убийств

Его призвали не для праздной беседы, а он явно и не предполагал ничего такого. Глядя на лорда, Дэлглиш понимал, почему Талли Клаттон нашла его симпатичным. Его лицо было одним из тех, к которым слово «красивое» не совсем подходит, однако выражение некой уязвимой доверчивости делало лорда по-мужски привлекательным.

Без всякого вступления Дэлглиш сказал:

— Миссис Таллула Клаттон, работающая в музее Дюпейна экономкой, сегодня днем узнала в вас автомобилиста, который в прошлую пятницу, первого ноября, около шести часов ее сбил. Тем вечером в музее Дюпейна были убиты двое: доктор Невил Дюпейн и мисс Селия Меллок. Мне придется спросить вас, были ли вы там.

До сих пор лорд Мартлшем держал руки на коленях. Теперь он их поднял и, сцепив, сложил на столе. Вены потемнели, под туго натянутой кожей мраморно светились костяшки пальцев.

— Миссис Клаттон права, — сказал он. — Я был там и действительно ее сбил. Я надеюсь, что нанесенный ей урон — не больший, чем мне тогда показалось. Она сказала, что с ней все в порядке.

— Она была всего лишь поцарапана. Почему вы не объявились раньше?

— Потому что надеялся, что этот момент никогда не наступит. Я не совершал ничего противозаконного, но не хотел, чтобы стало известно о местах, в которых я бываю. Вот почему я поспешил уехать.

— Однако позже, узнав о первом убийстве, вы не могли не понимать, что ваше свидетельство существенно, что объявиться — ваша обязанность.

— Да. Наверное, я и вправду это понимал. Как понимал и то, что не имею никакого отношения к убийству. Я даже не знал, что пожар возник в результате поджога. Если мне что и приходило в голову, так это мысль о разложенном кем-то праздничном костре, который вышел из-под контроля. Я убедил себя, что мой выход из тени лишь запутает следствие и поставит в неловкое положение и меня, и других. Когда этим утром я узнал о втором убийстве, все усложнилось. Я решил хранить молчание, однако в том случае, если меня узнают, говорить правду. Я не считал, что создаю тем самым помехи ходу следствия. Ни к одной из смертей я не имел никакого отношения. Я не пытаюсь себя защищать — просто объясняю, как все происходило. После убийства доктора Дюпейна необходимости объявляться не было, и это повлияло на мои последующие действия. С каждым следующим часом мне становилось все сложнее действовать в соответствии с принятыми решениями.

— Так почему вы там оказались?

— Если бы вы задали мне этот вопрос после смерти Дюпейна, я бы ответил вам, что хотел съехать с дороги и отдохнуть, воспользовавшись для этого стоянкой музея. Когда же я проснулся, то понял, что опоздал на встречу, и должен был поторапливаться. Опыт вранья у меня небольшой, и я сомневался в убедительности моих слов и тем не менее считал, что попробовать стоит.