Последняя гастроль госпожи Удачи

— Есть пара проблем, — сказал Евгений, — я разобрал кладовку, где хранятся запасы еды для животных, бумажные полотенца и прочее. Обнаружил, что ламинат там…

— Помню, — остановила я его, — покрытие в нескольких местах повреждено.

— К сожалению, вы правы, — грустно сказал Коробко и поправил свой красный сюртук, — кто-то уронил что-то очень тяжелое и разбил пол. Теперь предстоит расход. И я предлагаю поставить хлопковые устройства по всему зданию.

— Это что? — спросила я.

Евгений поинтересовался:

— Помните, какую сумму вы отдали за электричество в прошлом месяце?

Я поежилась.

— Это ужасно.

— Можно сократить расходы вдвое, — заявил Коробко.

— Евгений, недавно вы уже предлагали нечто подобное, — напомнила я, — в тот раз я согласилась с вами, разрешила заменить обычные лампочки в доме на энергосберегающие. И что? Вместо уютного желтого света в особняке появился серо-зеленый. Мало того что все домочадцы стали походить на зомби, так еще Машу стало интенсивно тошнить.

— Верно, — признал Коробко, — поэтому я вернул обычные лампочки, но счетчик крутится с бешеной скоростью, и мне это не нравится.

— Да уж, — согласилась я."

"— Полковник никогда нигде не выключает свет, — стал ябедничать Коробко, — в кабинете у него работают люстра, настольная лампа, компьютер. И еще фонарь на балконе горит! А сам Александр Михайлович находится в спальне, там: работают телевизор, потолочный светильник, два бра. Пойдет Дегтярев в столовую чаю попить, свет у себя не выключает. Иллюминация как на первом этаже магазина «Лафайет» под Рождество: елка сияет, шарики летают…

Я улыбнулась. Елка в Галерее «Лафайет», одном из крупнейших магазинов Парижа, местная достопримечательность. Она огромна, почти касается знаменитого стеклянного купола. Новогоднее дерево горит-сияет, вокруг кружатся надувные сердца. Даже если я не планирую покупки, непременно заглядываю в декабре в «Лафайет», чтобы попасть в сказку. Коробко бывал в столице Франции, наверное, летал туда туристом. Женя работает у нас недавно, с его появлением связана одна история, о которой мне не очень хочется вспоминать[1]. Но в то непростое для меня время молодой человек вел себя идеально, хотя большинство людей вмиг бы сбежало из дома, где произошло преступление. Коробко теперь стал нашим добрым ангелом. Отныне в Ложкине все вещи разложены по полочкам. Правда, никто, кроме Жени, не знает, где искать одежду и всякие мелочи, но ничего нигде не валяется. Коробко невероятный аккуратист, чистюля, обожает животных, всегда пребывает в хорошем настроении, он встает на рассвете, ложится спать за полночь. Не понимаю, как мы без него обходились? Домашние посмеиваются над его оборотами речи, над торжественным тоном, которым Коробко объявляет: «Ужин подан в столовой.