Кольцо княжны Таракановой

Следующий день Даша также провозилась с уборкой, по выражению тети Лики, вошла в раж и не могла остановиться. Зато квартира блестела, и только тогда она спохватилась, что не готов ужин. Что там купила вчера? Ага, курицу.

Она не готовила с тех пор, как ушел муж. До этого с удовольствием возилась на кухне, пробовала приготовить разные блюда, с коллегами рецептами обменивалась. А после как отрезало, входила в кухню, только чтобы кофе сварить да из холодильника готовое что-то вытащить.

И то поковыряет ту же пиццу или сосиски – да и выбросит.

Сегодня, однако, Даша решила, что сосиски незнакомому человеку подавать неудобно. То есть ей-то все равно, но что сказала бы тетя Лика? Хоть она и утверждает, что эта самая Аня – девица небалованная и будет рада всему, лишь бы крыша над головой была.

Даша вымыла курицу, наскоро нашпиговала ее чесноком и травами и сунула в духовку.

И тут раздался дверной звонок.

Звонок был какой-то странный, робкий и нерешительный.

Вообще, по звонку в дверь можно многое сказать о том, кто к тебе пришел. Кто-то звонит резко, требовательно, напористо, как будто страшно спешит. Кто-то – спокойно и уверенно, не сомневаясь, что за дверью его ждут и будут ему рады. А кто-то – смущенно, как будто не знает, не ошибся ли он дверью.

Так вот, этот звонок был нерешительный, прерывистый, как будто тот, кто звонил, не знал, пустят ли его в квартиру.

Даша подошла к двери и на всякий случай спросила:

– Кто здесь?

Из-за двери голос, такой же робкий и неуверенный, как звонок, проговорил:

– Это… это Аня… мне Гликерия Аркадьевна сказала, что она предупредила…

Что-то резануло Дашу в этой фразе, она не поняла, что именно, зато сразу поняла, кто там за дверью. Хотя вроде бы еще рано, поезд только в девять приходит, а сейчас и восьми нет… Ну, может, тетка что-то перепутала.

Даша нацепила на лицо приветливую улыбку и распахнула дверь, проговорив:

– Конечно, Аня, заходи! Тетя Лика мне звонила!

На пороге стояла девушка примерно Дашиного возраста. Вполне себе симпатичная девушка, светловолосая, среднего роста, только какая-то пришибленная, она сутулилась и глядела на Дашу исподлобья, как собака, которая ждет строгого окрика или даже удара. На девушке был старенький плащик, запачканный на плече чем-то белым, за собой она катила дешевый клетчатый чемодан на колесиках."

"– Да заходи же, будь как дома! – Даша отступила в сторону и постаралась улыбнуться еще шире.

Та шагнула вперед боязливо, как будто ожидала, что сейчас ее огреют из-за угла шваброй. Даша невольно покачала головой – да уж, видно, и правда досталось этой Ане, что она всего боится.

– Раздевайся, плащ вот сюда можно повесить, – засуетилась Даша, – а чемодан… – она схватилась за ручку чемодана, но Аня удержала ручку и глянула быстро, опасливо.