Коломбина для Рыжего

Логично предположить, что наши родители, как, впрочем, и сама Светка, спят и видят наше совместное будущее и объединение капиталов. Завтра у отца с матерью серебряная свадьба, в город съехались друзья и родня… Ну и моя, в кавычках, невеста тоже пожаловала. И не в гостиницу, как все нормальные люди, а в наш дом. Твоя задача, Коломбина, наша с тобой задача: разуверить их всех в ожиданиях.

Голос все еще предает девчонку.

– Твоя мать меня возненавидит.

– Если ты будешь при ней вот так же смотреть на любимого сына, как сейчас, – то да. Постарайся быть убедительной. Я в тебя верю.

– Я… Я не могу! Я не смогу! Ты не понимаешь!

– Мне что, тоже показать тебе шрам? – мне приходится оцарапать ее холодом. – Знаешь, он у меня есть. Конечно, не такой сексуальный, как у тебя, и не на заднице, а практически в паху, но за последствия я не отвечаю.

– Прекрати! – на обреченном выдохе, сдаваясь на милость гадкому мне.

– Вот, уже лучше. Не бойся, девочка. Я не оставлю тебя и не отдам на растерзание, обещаю. Ну что, пошли?

Чуть позже, когда мы минуем консьержа, поднимаемся лифтом и останавливаемся у дверей, я шепчу Коломбине в затылок, подхватывая под напряженную, одеревеневшую спину:

– А еще, хорошо бы тебе называть меня по имени.

И слышу в ответ тихое:

– Черт! Как же я тебя ненавижу!

* * *"

"Кольцо с ключами на пальце. Домашние дома, во всяком случае, мать, я открываю дверь, но прежде чем переступить порог, нажимаю кнопку звонка.

– Люблю, когда меня встречают, – считаю нужным заметить Коломбине, понукая сделать первый несмелый шаг. – В этом я первобытный эгоист. О! А вот и Карловна! Привет, мам! Извини, что задержались, но, поверь, мыслями я давно уже дома.

У Карловны прямая спина, платье и каблуки. В этот вечер в ее мастерской кипит работа, – завтра ей предстоит показать гостям часть новой коллекции, и мать заметно нервничает, как всегда перед подобным шоу, до последнего собственноручно оттачивая и проверяя детали. Показ не ее прихоть, а желание отца, и зная, как он любит эту женщину и гордится ею, как она любит его, я не удивлен, что они оба выжмут из себя соки до последней капли, желая доставить друг другу удовольствие.

У матери слишком бледный вид и встревоженные глаза. В наш последний разговор я был с ней предельно честен, и все же случай с госпитализацией заметно напугал ее, так же, как мой сухой отказ наказать виновного, чтобы она смогла надолго оставить сына без внимания.

Только загруженный заботами день дал ей забыть обо мне, но Светка только что напомнила, с моей подачи добавив переживаний к усталости…

«Я познакомлю вас ближе. Обещаю. Коломбина тебе понравится.

– А если нет, Витя?

– А если нет, мать… – Я запускаю пальцы в волосы и сжимаю их до боли, поднимая лицо к потолку больничной палаты.