Коломбина для Рыжего

Туда, где орет Кирилл-Зая, заводя себя:

– Ну, сука, смотри, ты ответишь мне! Я сделаю тебя, клянусь, сделаю! Ты зря приехала сюда! Еще ни одной бабе не удалось поставить на колени Кирилла Антипова! Я покажу тебе, что такое настоящая гонка! Не ной после, что тебя не предупредили!

Ничего нового, обычный трёп недомужика.

– Я вижу, Зая, ты не на шутку перевозбудился. Смотри не дерни себя за член, красавчик! Не перепутай его с рычагом коробки передач, а то окажутся на дороге две бабы вместо одной!

И голос Рыжего, долетевший до меня аккурат перед тем, как сработал стеклоподъемник, отрезав стеклом шумный гомон толпы:

– Порву, сопляк! Только попробуй навредить ей – задавлю!

Девчонка с флажками медленно поднимает руки, улыбаясь нам, и я тут же максимально концентрирую на ней внимание, отсчитывая секунды до стартового рывка. Прогревочный круг сегодня роскошь для нас с Глашей, придется брать разгон сразу со стартовой прямой и как-то обойтись без разогрева шин, входя в горячую сцепку с дорогой, но резина у «Honda» отличная, и я уверена, что справлюсь.

Руки девчонки-стартера меж тем уже занесены над головой. Двигатель рычит, я выжимаю сцепление, включаю первую передачу, снова отпускаю педаль, чувствуя, как автомобиль напрягается, а колеса подо мной вздрагивают в нетерпении. Держу сцепление в напряжении, раскачивая спорткар, раскручивая двигатель до двух тысяч оборотов… трех тысяч… четырех… Пальцы сами собой впиваются мертвой хваткой в руль, а дыхание исчезает… Старт! Флажки упали! Я резко отпускаю сцепление и вжимаю педаль газа в пол, уходя в гонку с минимальной пробуксовкой. Есть начало!

Немец гребет рядом четырьмя колесами и стартует за счет силы мощным рывком, идя с Глашей нос к носу, и я понимаю, что гонка будет трудной.

* * *На Бампере лица нет, я впервые вижу его таким – потерянным и одновременно обозленным. Определенно, эта странная девчонка, задиристая и дерзкая как мальчишка, что-то значит для него, если Рыжий, самый взвешенный и продуманный из нас, готов сейчас из-за нее слететь с катушек.

Он неотрывно смотрит вслед сорвавшимся с места машинам, с визгом пролетевшим по набережной и скрывшимся в ночи, и только когда они исчезают за поворотом, словно отмирает. Поворачивает голову, хмуро оглядывая расшумевшийся вокруг нас народ, крутые тачки с зажженными фарами, выискивая беспокойным взглядом кого-то в толпе.

– Рыжий, ты бы оделся. Зачем куртку сбросил? – я подбираю с дороги дорогую вещь, чтобы протянуть ему…

Напрасно. Вряд ли он в эту минуту способен услышать меня. Ночь сегодня прохладная, от реки тянет сыростью… Взъерошенные волосы Рыжего и тонкую футболку треплет ветер, заставляя меня все больше удивляться поведению друга.

– Где он, Стас?

– Кто? – я коротко слежу за его взглядом.

– Вардан.