Компенсация чувств

Помог Софии снять верхнюю одежду и сразу же утянул в дальнюю часть зала. Лиза тоже растворилась в толпе празднующих коллег, добросовестно выполняя мои напутствия по заведению новых знакомств.

Мы с Олей устроились на диванчике у одного из свободных столиков и, заказав шампанское, издалека слушали поздравительную речь босса. Слушала в основном я, а Оля, беспокойно оглядывая присутствующих, выискивала взглядом своего ненаглядного Гришу, который значительно опаздывал. Лучше бы вообще не приезжал…

Появился Олин стажёр в сопровождении красивой, незнакомой нам девушки и, демонстративно пошептавшись со спутницей, сразу же повёл её в танцевальную зону. Оля мгновенно поникла. Обмахиваясь салфеткой, я нашла глазами Мирона и вопросительно указала взглядом на танцующую парочку. В ответ он лишь пожал плечами, что типа не в курсе.

Спустя несколько минут Оля, вскочив с дивана, выбежала из зала. Подскочив вслед за ней, я почувствовала сильное головокружение, а в глазах резко потемнело. К нашему столику уже спешил Мирон, ведя Софию и Гришину спутницу, из-за которой Оля, собственно, и сбежала. На деле же она оказалась его сестрой Алисой.

– Я София, – прерывая неловкий момент, представилась подруга. – А это Лара, мы Олины подруги.

– Давайте я позвоню Оле и всё объясню, – предложила Алиса.

– Я пыталась, – кивнула я на лежащий на столе телефон. – Она недоступна.

– Как ты? – заметив моё состояние, уточнила София.

– Температура, кажется, – пожала плечами. – Думаю, что мне пора домой.

– Может мне сегодня переночевать у тебя? – предложила она.

– Было бы неплохо. Что-то мне совсем нехорошо.

Уже сейчас я чувствовала сильный озноб, а в груди неприятно жгло. Продолжать находиться на праздновании в таком, явно ухудшающемся состоянии больше не видела смысла. Оля сбежала, а Мирон и Гриша кинулись её искать. Лизы тоже не было видно, но так как веселье набирало обороты, я надеялась, что хотя бы её вечер закончится удачно.

Вставая с дивана, я потянулась за лежащим на столике телефоном, но покачнувшись, начала падать прямо в руки подскочившей ко мне Софии. А потом меня накрыла темнота… Музыка и шум вечеринки, суету и испуганный голос подруги, зовущий и просящий меня очнутся, постепенно растворились, погружая меня в полный вакуум.

В себя приходила очень тяжело. Сильная слабость, головная боль и перетрясающий всё тело озноб – это первое, что я почувствовала. Но очнулась вовсе не от боли. К груди прикоснулся холодный металл и я, поморщившись, тихо застонала.

– Что же вы, Лариса Алексеевна так себя запустили, – послышался мужской голос с явными нотками укора, и холодный металл сдвинулся ниже.

– Кто?.. Где?.. – прохрипела я и, закашлявшись, скривилась от пульсирующей в висках боли.