Конфликт интересов

Главные герои обнимаются и целуются, и клянутся друг другу в вечной любви. Кажется, сейчас с моего телевизора начнет капать сироп. Я кривлюсь, но не комментирую.

— Ну вот, — вздыхает Ида в трубку, и я слышу, как она приглушает звук на своем телевизоре, я же свой выключаю вовсе.

— Тебе понравилось?

— Сериал – да. И смотреть с тобой понравилось. Только это слишком нервно как-то.

— Почему?

— Потому что я, наверное, больше думала о том, чтобы тебе понравилось, чем о самом сюжете. Хотя головой я понимаю, что мужчине такая сопливая картина вряд ли будет по душе, но мне приятно, что ты все же разделил со мной просмотр.

Мне хочется сказать, что я соскучился. Что хочу приехать к ней в больницу. Хочу полежать рядом и хотя бы немного ослабить ее боль. Это спонтанные мысли, и они пугают своей необдуманностью. Если сейчас поддамся порыву, завтра могу об этом пожалеть и сделать Иде больно. Наверное, стоит оставить все, как есть. Или, во всяком случае, обдумать свой поступок прежде, чем его совершать. Поэтому я держу язык за плотно сомкнутыми зубами, и внимательно слушаю рассказ Иды о том, как она волновалась перед просмотром.

— Когда тебя выписывают?

— Обещают в пятницу, но это не точно. Врач посмотрит шов сначала. Если что, сказал, что отпустит домой на выходные, но в понедельник я буду должна явиться в больницу на осмотр. Домой хочу так, что аж выть хочется, — тише говорит она.

— Что облегчит твое состояние?

— Поговори со мной еще немного. С тобой я чувствую себя не такой одинокой.

Где-то в груди странно покалывает и во мне рождается желание обнять Иду, показать ей, что она не одна, что я рядом. И снова, собрав в кулак свою волю, я молчу, чтобы не натворить глупостей. Это все пиво и то, что Кошка в больнице. Как только она будет здорова, ко мне тоже вернется здравость рассуждений. Надо только немного потерпеть.

Глава 32

Наконец она выздоровела достаточно, чтобы встретиться. Я думал, что за время болезни Иды я сотру себе ладонь. Друзья все время стебались надо мной, что я слишком нервный и мне пора спустить пар. И я действительно нуждаюсь в этом. Только спустить его я хочу в Иду. На Иду. Под Идой. Бесит, что я так сильно нуждаюсь в ней, но понимаю, что стоп-кран сорван, и я на полной скорости несусь к скале, не в силах притормозить.

Дверь номера открывается, и я перестаю дышать, пока не щелкает замок и я не слышу цоканье каблуков по паркету. Я снял этот номер на постоянной основе. Плачу бешенную кучу бабла за то, чтобы раз в неделю сказать:

— Добрый вечер, Ида.

— Добрый, — повторяет она слегка дрогнувшим голосом.

Привычным движением Ида откладывает на стоящее сбоку кресло сумочку, подходит к кровати и надевает маску. Меня потряхивает от предвкушения, а возбуждение сводит мышцы в паху.