Комплекс хорошей девочки

– Надеюсь, сегодня никто не захочет принимать душ.

– Помогите мне снаружи, – бросаю я. – Прежде всего, мы должны забраться на крышу и оторвать эти ветки. С ветром и всем остальным, если оставить их там, может стать только хуже.

– Что? – Стеф смотрит на меня в ужасе. – Ты же не собираешься туда?

– А чего ты ожидала? – Я криво усмехаюсь. – Ты звонила Куперу не потому, что нуждалась в полотенцах.

– Но это опасно. Там молния.

Стеф, конечно, права. Но затопить весь их дом и в итоге получить огромную дыру в крыше не вариант. Так или иначе в старшей школе я провела три года в сценической бригаде драматического факультета. Я умею работать руками, когда нужно.

– Я собираюсь забраться на крышу и обвязать ветки веревкой, а потом спустить их к вам. Потом возьму кое-что, чтобы закрыть дыру. Это будет быстро. – Я вру. Это будет не быстро. Но это нужно сделать, и, чем больше Стеф заставляет нас стоять тут и волноваться, тем хуже.

– Просто скажи нам, что делать, – кивает Алана. Пожалуй, это самое большое количество слов, не сопровождавшихся саркастической ухмылкой, которые она сказала мне. Я считаю, это прогресс.

Втроем мы пробираемся сквозь ливень, чтобы собрать все припасы на заднем дворе и приставить лестницу к стене дома. Покойся с миром, ковер в гостиной. Я знаю, что сейчас беру собственную жизнь в свои руки, взбираясь по металлической лестнице во время грозы, но прошло несколько минут с момента последней вспышки молнии, поэтому я рискую и поднимаюсь наверх с веревкой через плечо.

В походных ботинках, взятых у Стеф, я ступаю по наклонной крыше. Каждый шаг – это как в первый раз встать на коньки, только здесь я не могу ухватиться за перила для поддержки. Осторожно, чтобы не делать резких движений, мне удается обвязать веревку вокруг огромной раздвоенной ветки дерева, затем стянуть покрепче и, помолившись, перекинуть через другую ветку, используя ее вместо подъемника. У меня получается с первой попытки. О да, черт подери!

На земле Стеф и Алана берут на себя вес, насколько могут, а я осторожно помогаю оттолкнуть ветку от стены дома. Когда они опускают ее на землю, я сразу вижу, где не хватает черепицы и что в крыше пробита вмятина шириной в фут, а внутрь льется вода.

Я осторожно спускаюсь на землю, где девушки уже развязали веревку.

– Насколько все плохо? – спрашивает Стеф, тщетно вытирая воду, стекающую по ее лицу. В этот момент мы стоим, увязнув примерно в четырех дюймах грязи. Двор практически превратился в жидкость, и мои ноги хлюпают в сапогах Стеф.

– Небольшая, но дыра точно есть, – сообщаю я.

Мы пытаемся перекричать оглушительный ветер и дождь, барабанящий по металлической крыше крыльца и хлещущий по деревьям.

Я убираю мокрые волосы со лба.