Комплекс хорошей девочки

Ведь я не в силах изменить свое происхождение, в точности, как и он. Если наши отношения не могут преодолеть подобного расстояния, мне не хочется представлять, какой моя новая жизнь будет без него.

Эван обнимает меня одной рукой.

– Я знаю Купера лучше, чем кто-либо. Поверь мне, когда я говорю, что он без ума от тебя. У меня нет причин лгать.

Подбадривающая речь Эвана хоть немного поднимает мне настроение. И, зевнув, я решаю пойти спать.

– Обещай, что разбудишь меня, если он позвонит тебе. Я волнуюсь.

– Обещаю. – Голос Эвана на удивление нежный. – Не напрягайся слишком сильно, Мак. Он скоро будет дома, хорошо?

Я слабо киваю.

– Хорошо.

«Скоро» происходит в четверть первого ночи, когда я просыпаюсь от беспокойного сна. Матрас прогибается рядом со мной. Я чувствую Купера, который забирается под одеяло. Он по-прежнему теплый после душа и пахнет зубной пастой и шампунем.

– Не спишь? – шепотом спрашивает он.

Я переворачиваюсь и ложусь на спину, потирая глаза. В спальне кромешная тьма, если не считать бледного света прожектора на стене дома, просачивающегося сквозь жалюзи.

– Нет.

Купер протяжно выдыхает через нос.

– Я говорил с Леви.

Так вот где он был? Я не уверена, какое отношение это имеет к нашей ситуации или ссоре, и часть меня хочет, чтобы он перестал тянуть время и сказал мне, все ли у нас в порядке. Но я сдерживаю нетерпение. Эван сказал, мол, его брату нужно время самому во всем разобраться. Может быть, это он и делает.

Поэтому я говорю:

– Да?

– Да. – Долгая пауза. – Я буду выдвигать обвинения против Шелли. За кражу денег.

– Ого. – Такой вариант не приходил мне в голову. Но все логично. Мать она ему или нет, она украла у него более десяти тысяч долларов. – Как ты себя чувствуешь из-за этого?

– Честно? Дерьмово. Она же моя мать, понимаешь? – Его голос срывается. – Не хочу думать, что она отправится в тюрьму из-за этого. С другой стороны, какой человек может украсть у собственного ребенка? Если бы я не нуждался в этих деньгах, может, и наплевал бы. Послал бы к черту. Но я откладывал каждый цент. Это заняло у меня годы.

Он разговаривает со мной. Это хороший знак.

Только вот затем Купер замолкает, и мы лежим вдвоем, не касаясь друг друга, словно боимся нарушить тишину. Спустя несколько секунд я понимаю, что ничто не мешает мне заговорить первой.

– Прости, – шепчу я ему. – Ранее я была не в себе. Я заняла оборонительную позицию, а потом набросилась на тебя. Это было подло, и ты этого не заслужил."

"– Что ж, – произносит он, и, кажется, я слышу намек на улыбку в его голосе, – я предполагал, что это случится. Шелли действует мне на нервы, понимаешь? Мне хочется рвать и метать, когда она рядом.