Конфетка для мажора (СИ)
У меня есть цель — отучиться в большом городе в хорошем вузе, получить диплом и вернуться в родной городок, где остались родители и мамина сестра. Всё идёт по плану, пока в мою жизнь не врывается он — наглый и самоуверенный мажор, считающий, что ему всё позволено. *** Рома держит меня за подбородок и пристально вглядывается в глаза. — Убогая. Какая же ты убогая! Реально решила, что мы можем быть вместе? Это просто спор, Юля. Спо-о-ор, — специально растягивая слова, повторяет. — Мы поспорили на тебя. Я выиграл. А теперь уходи, больше я не хочу тебя видеть. Собираю в кулак всю силу воли, заталкиваю поглубже готовые сорваться слёзы, и оборачиваюсь в пороге: — Ты проиграл. Я знала о споре и специально тебе поддалась. Хотела посмотреть, как далеко ты готов зайти ради выигрыша. Оказывается, ради победы не гнушаешься таких убогих, как я. Прощай, Ромочка. Счастливо оставаться.
Ты ведь Юля, правильно? Я видела тебя…
Какое счастье, что существуют захламленные подсобки с не самым приятным запахом! Странную дамочку буквально сдувает в сторону, а когда я появляюсь в тёмном длинном коридоре с ведром, рядом никого нет.
По этажу разносится ужасный аромат с кухни и мне самой хочется сбежать подальше. Это не что—то испортилось или прорвало канализацию, нет. У нас на этаже живут четыре студентки из Китая, которые вечерами жарят селёдку. Звучит примерно так же, как и воняет, но им нравится, а остальным остаётся только терпеть. И открывать пошире окна.
* * *— И что это было? — Стою у кровати страдающей Ани, протягивая стакан с холодной водой. Спать она нам не дала, угомонившись только под утро.
Чувствую себя старой разбитой калошей, если честно. Спасибо Ларисе, что сегодня заботы о нашем завтраке она взяла на себя. То, что готовить подруга не умеет, я знаю, но залить кипятком геркулес в её силах. Хорошо бы полить кашу мёдом, но я не додумалась прихватить баночку, а могла бы… Люди, у которых подрабатывала в теплицах, занимались бортничеством и гнали очень хороший медок.
— Ой, Ань, прости! — Загрузилась так сильно, что прослушала ответ Таран и пропустила приход Лары.
— Юлька, спишь на ходу. Может, поваляемся?
— Неееее! Хочу успеть подготовить все задания на неделю, чтобы совесть не мучила. Вдруг позвонят? Надо быть готовой.
— Куда позвонят? — Анька приподнимается на локте и начинает прислушиваться к нашему бормотанию. — Вы о чём?
— О работе. Вчера заполнили анкеты.
— Пф!
Что она имеем в виду своим «пф», мы уточнить не успеваем: нас прерывает стук в дверь. Шумкова стоит ближе, поэтому выходит ненадолго, а возвращается с охапкой нежно-розовых роз. Тонкий аромат цветов наполняет пространство нежностью.
— Подержи, Юль!
— Это кому такая роскошь? — Гадаем, пока я поддерживаю цветы.
— Мне! Дай—ка сюда. — Аня вскакивает с постели и забирает букет грубее, чем могла бы. Усаживается по-турецки и зарывается носом в упругие бутоны. Когда поднимает голову, на её лице расплывается загадочная улыбка.
Глава 16
Роман
— Как ты, Ромео?
Трясу ладонью в воздухе, обозначая фифти-фифти. Прокапался, голову освежил, но общее состояние оставляет желать лучшего.
После больнички заботливый Юрец подкидывает меня до квартиры и остаётся у меня в роли заботливой мамочки. Толчку от него, как от козла молока. Кстати.
— В холодильнике кефир не завалялся?
— Если только скелет мыши. Ты давно заглядывал в него?
Чешу затылок, пытаясь вспомнить. Выходит… очень давно. В августе ещё.
— Сча накидаю заказ.













