Конфетка для мажора (СИ)

Сверлит своими синими глазами и покусывает губы.

— Бабка спит, так? И ты собираешься сидеть в сырой парадке? Ты нормальная вообще, Сахарова?

* * *Роман

Я реально ощущаю горечь на кончике языка, когда девчонка отскакивает и начинает пятиться назад, увеличивая между нами расстояние. Чё за бред происходит?

Я чем-то обидел? Быстро воспроизвожу последние часы рядом и не нахожу за собой ни одного косяка.

Но она отходит и это факт. Я напряжённо слежу за лицом Юльки, но кроме разочарования ничего не улавливаю. Так неприятен? Что-то не было заметно, когда она сидела на моих коленях и отвечала мне.

Я вдруг кривлюсь, потому что мысль мне не нравится. Но сомнения уже закрались в душу, а помноженные на поведение девчонки, приводят к одному выводу.

Неприятен.

Как кипятком ошпарили. Я еще и красноречивое вытирание губ припоминаю одновременно с тихим хлопком двери. В реале тихим, а для меня, как серпом по… Короче, торкает сильно.

Ушла. Сбежала.

Давлю в себе порыв броситься следом: никогда не бегал за девчонками и не намерен начинать. Не хочет? Как знает. Найду другую, достаточно щёлкнуть пальцами.

Минут пять нахожусь в прострации, гипнотизируя трещину на подоконнике. От неплотно закрытой рамы тянет сыростью и холодом.

И куда она собралась? Сто пудово не станет будить подругу. Значит, отправится гулять? В её тонкой куртке под дождем?

Да твою же мать, Сахарова!

Хватаю ключи от тачки и толстовку, и срываюсь вниз.

Реально, прошло не так много времени, но около гостиницы девчонки будто не было никогда. Я успеваю пробежаться вдоль здания в обе стороны в надежде увидеть её сидящей в кафе на первом этаже.

Прикидываю, куда могла деться. Варианта два — вокзал или домой к Шумковым. Хорошо, что первый вариант практически по пути. Газую и проезжаю метров двести на приличной скорости, но дальше приходится выжать тормоз: если ямы не совпадают, уже счастье.

Юльку замечаю случайно: она идёт, опустив руки в карманы и глядя под ноги. Судя по тому, что не реагирует на движущуюся сзади машину, увлечённо думает о своём. Хотелось бы, чтобы обо мне, но я, как мазохист, прогоняю её жест с вытертыми губами.

"В груди неприятно колет, но я стараюсь убедить сам себя, что действую исключительно из человеколюбия и мне больше не интересна эта девочка, там соблазнительно пахнущая сладостями.

Сахарова останавливается у неприметного деревянного здания, а я проезжаю пару метров вперед. Жду, когда она продолжит путь, но, видимо, этот дом был конечной точкой её маршрута.

Прищурившись, читаю табличку. Музей? Серьезно?

Видимо, серьезно. Юля ёжится, но никуда не уходит. Выжидаю. Пока стоит спиной, сканирую её фигурку.