Конкистадоры

 — Они золото добывают и нам отдают за хлеб и штаны.

— Так вы у них все забираете? — удивился Никодим.

— Как у вас все просто, — усмехнулся Саша, — отобрал, убил, сослал. Мы покупаем золото.

— Неразумно покупать свое золото у чужих людей, — назидательно заявил Никодим.

И что им сказать? Насильно заставить людей работать? Вмиг разбегутся! Принцип «золотой лихорадки» в иллюзии независимости золотоискателя. Зная о чудодейственной силе золотой монетки, человек сам стремиться к бесхозным залежам драгоценного металла. Вот оно, золото! Мол, накопаю с килограммчик и обеспечу себе светлое будущее.

Далее — простая схема: скупщики вывозят драгметалл тоннами, а золотоискатели продолжают махать кайлом. Бесполезно объяснять учителям примитивную схему кажущейся свободы выбора. Здесь надо время, обживутся и сами поймут."

"Если путешествие в предгорьях Пакарайма утомило братьев, то учителя, наоборот, вдохновились увиденными возможностями. Они были готовы остаться и досконально изучить все плато и долины, но пришлось возвращаться. Прибежал индеец-посыльный с депешей от управляющего Микаэля Тоненнгарн.

Он просил своих хозяев срочно вернуться в крепость по причине важных новостей. Обратно возвращались иной дорогой, посыльный взял на себя роль проводника. Никаких намеков на тропинку, небо скрыто кронами огромных деревьев, однако абориген уверенно шел вперед. За время пути к реке Мазаруни маленькому отряду не встретилось ни одного препятствия. Единственным неудобством служил сопровождающий их неприятный вой обезьян-ревунов. Наконец вышли к реке, причем прямо к ожидающим их пирогам, а к обеду другого дня пожимали руку управляющего.

В пути Саша и Вова все время косились на учителей, стараясь уловить их эмоции от столь необычного возвращения. Но Амвросий и Никодим с интересом осматривались по сторонам, иногда обсуждая некоторую схожесть местных деревьев с привычными для лесистой России. Их не смутил даже небольшой конфуз. К вечеру первого дня пути пришлось пересекать широкую, но мелководную речку. Бесштанный проводник спокойно перешел на другой берег, воды по колено. Слуги и учителя топали босиком, поэтому только засучили штанины и последовали за аборигеном.

Братьям пришлось остановиться, они-то в шелках. Раньше словосочетание «шелковые одежды» вызывало ассоциацию с тонкой, почти прозрачной тканью. В жизни все оказалось иначе, шелк был разный, в том числе и весьма плотный. На братьях — чулки, панталоны с завязочками под коленом, рубашки, шейные платки и камзолы. Одежда очень удобная, практичная и ноская, впрочем, и дорогая.

Так вот, сняв коротенькие сапожки и чулки, близнецы двинулись к воде, потешно вышагивая, словно цапли.