Толмач

У вас она и есть. Та самая контузия. Шрам на голове такой, и сказать страшно. Кость черепная треснула. Так что состояние ваше не удивительно. Думаю, постепенно все сами вспомните. Вы только, молодой человек, не шибко усердствуйте. Пусть оно само вернется.

– А чем вам за услуги платить прикажете? – поинтересовался Егор, вовремя вспомнив, что медицина давно уже стала платной. – Сами сказали, что имение наше сгорело.

– За то покойны будьте, – отмахнулся доктор. – Батюшка ваш, царствие ему небесное, прежде никогда больницу нашу милостью своей не обходил. Хоть и не самый богатый в округе человек был, а все одно выделял от щедрот. Так что лечитесь спокойно. Уж вас без помощи я точно не оставлю.

– Благодарю, – прохрипел Егор и, подумав, попросил: – Доктор, прикажите тот нож и рукоять принести. Может, глядя на них, хоть что-то вспомню. А еще газету какую. Хоть старую. Просто посмотреть, подумать.

– Не стоило бы вам вот так, сразу-то, – усомнился врач.

– Прикажите, доктор. Иначе я тут от испугу с ума сойду, – взмолился Егор, пуская в ход все свои актерские таланты. – Это ж страшно, ничего о себе не помнить.

– Понимаю, – задумчиво кивнул врач. – И настоятельно вас прошу, Егор Матвеевич, вы уж воздержитесь. Знаю, что хочется всего и сразу, но голова дело такое.

– Угу, голова предмет темный и исследованию не подлежит, – брякнул Егор, прежде чем сам понял, что несет.

– Браво, юноша, – звонко рассмеявшись, одобрительно кивнул врач. – Вот ей-богу, браво. Раз уж начали шутить, значит, не все так плохо.

– Доктор, газету, – напомнил парень, у которого от всех свалившихся на него новостей голова начала трещать, как переспелый арбуз.

– Уймитесь, юноша. Сейчас сам все принесу, – продолжая посмеиваться, заверил доктор, поднимаясь.

Он вышел из палаты, а его место заняла все та же тетка. То ли санитарка, а то ли медсестра. Без стакана не разберешь. Присев на койку с очередной кружкой воды, она ловко напоила парня и, вздохнув, тихо проворчала:

– Что ж с тобой дальше-то будет, сударь.

– Главное теперь на ноги встать. А дальше план война покажет, – на автомате отозвался Егор, вздыхая. – Вы, тетенька, еще воды принесите и рядом с койкой табуретку какую поставьте. Так и вам лишний раз ходить не придется, и мне проще, – предложил он, понимая, что жажда так просто не отпустит. – Доктор сам сказал, что теперь можно, – напомнил он.

– Принесу, – оглядевшись, кивнула женщина и, поднявшись, вышла.

Минут через пять она вернулась в палату с кружкой воды и, перенеся откуда-то из угла старый, обшарпанный табурет, водрузила его рядом с изголовьем кровати.

– Извольте, сударь, – вздохнула она, оглядев дело своих рук.

– Благодарю, – вздохнул Егор в ответ.