Королева отборов

Тогда ни они сами, ни мой сын не смогут сказать, что вы были предвзяты.

– Это просто прекрасно, ваша милость! – обрадовалась Джул. – Я тоже полагаю, что отбор должен быть честным.

По лицу баронессы пробежала тень, и она бросила на Джулию отнюдь не приветливый взгляд.

– С чего вы взяли, что я отступила от первоначального намерения? Как я могу довериться воле случая? Я желаю счастья своему сыну и полагаю, что я лучше, чем кто-либо другой знаю, какая из девушек ему подходит более других.

– Вот как? – удивилась я. Мне казалось, ей было важно, чтобы отбор просто не выиграла мадемуазель Нуаре, а любая другая победительница ее бы вполне устроила. – Значит ли это, что вы уже сделали свой выбор?

– Именно так, мадемуазель Лафлёр! – ее милость важно кивнула. – Я полагаю, что дочь барона Шарби была бы для Теодора идеальным вариантом."

"Именно этот ответ я и ожидала услышать. Мне изначально казалось, что барон должен был сделать предложение Элеоноре Шарби – ведь это было удобно во всех отношениях. Одинаковая степень знатности обоих супругов, соседство их угодий и хорошее приданое невесты – всё это весьма способствовало прочному браку. Но, судя по всему, прелести мадемуазель Шарби Теодора ничуть не прельщали.

– И я желаю, – меж тем, продолжила баронесса, – чтобы во время бала вы в присутствии моего сына всячески отмечали грацию и шарм определенной маски, а во всех остальных девушках сумели бы найти недостатки. Теодор доверчив как теленок, и если каждый из вас обратит его внимание на Элеонору, он непременно прислушается к вашим словам.

– Но это же гадко! – в глазах Джул блеснули слёзы.

Баронесса нахмурилась:

– Правильно ли я понимаю, что вы отказываетесь выполнить мою просьбу?

– Нет-нет, ваша милость! – бросился спасать ситуацию Вердон. – Мы сделаем всё в соответствии с нашими договоренностями.

Джулия и сама поняла, что сболтнула лишнего, и шмыгнув носом, она извинилась;

– Простите, ваша милость, я всего лишь хотела сказать, что мне ужасно жаль остальных девушек, которые, получается, не имеют ни малейшего шанса выиграть этот отбор.

Баронесса снизошла до улыбки:

– Какая же вы еще наивная, мадемуазель Бланкар! Но этот недостаток с возрастом исчезает.

– Но как же мы сами узнаем мадемуазель Шарби? – вернула я разговор в деловое русло.

– У нее будет бирюзовая маска! – торжествующе заявила баронесса. – Да-да, я знаю, что наряды доставлялись девушкам из их поместий таким образом, чтобы никто не мог увидеть их до самого бала. Но когда доставили коробки для мадемуазель Шарби, я как раз была в вестибюле. Я велела горничной отвлечь посыльного на несколько мгновений, а сама заглянула в шкатулку, в которой лежала маска. Я заглянула бы и в коробку с платьем, но она была перевязана лентами.